Мужчина с собачкой

Маги-преступники обходили городок стороной, а обычные злодеи не желали порадовать спецов даже магическим оружием. В итоге настоящее дело, да еще и убийство, ввело большую часть команды управления магконтроля в легкий ступор.

– Да, запутанное, – рассеяно согласился Глеб и закинул руки за голову. Кофе хотелось все сильнее. Стоило вернуться в управление и сварить себе порцию любимого напитка, но дело не ждало промедления. Часы на стене деликатно тренькнули, возвещая начало нового часа. Восемь. Прошло всего два часа, но магконтроль уже отстал на эти два часа от убийцы, который при помощи какого-то зверского магического инструмента сумел оставить в груди Казимира Новака несколько оплавленных отверстий, совсем немного отливающих зеленоватым свечением.

– Значит, опрашиваем жителей, ищем свидетелей и?.. – поторопил коллег Влодек.

– Давайте разберем то, что нам уже ясно, а дальше решим, – предложил Ковальский и вновь склонился над листами.

– А нам что-то известно? – скептически уточнил Давидовский.

– Конечно! – улыбнулся Глеб.

Управленцы переглянулись и скептически воззрились на своего приятеля.

– Хорошо, давай расскажи нам свои выводы, – предложил Вольшек, передвигая описные листы к себе. – Я ведь видел все тоже самое, так почему мне не слишком ясно, что же случилось?

– Мне тоже многое не ясно, – признал Глеб и взъерошил свои темно-каштановые с рыжим отливом волосы. – Я не знаю, где Клара Новак.

– Думаете, ее похитили? – выдвинул неприятное для всех предположение Влодек Завацкий.

– Я очень надеюсь, что нет, – признался Глеб. – Но пока прошло совсем немного времени. Остается лишь надеяться, что произошедшее настолько напугало девушку, что она убежала. Если так, то вскоре мы ее отыщем.

Давидовский хмыкнул и озвучил то, что Ковальский и сам знал, но от чего старался отмахнуться:

– Обычно люди в панике кидаются к тем, кого хорошо знают. Если бы рейна Новак побежала бы к кому-то из соседей или к какой-либо подруге, то о произошедшем мы узнали бы раньше, ведь любой здравомыслящий человек вызвал бы жандармов, услышав о нападении.

Все помолчали, не желая договаривать очевидное. Не хотелось верить, что этим утром убили не только безобидного аптекаря, но и его юную красавицу-дочь.

– Она и стала свидетельницей, – хмуро сообщил коллегам Ковальский.