Мужчина с собачкой

«Клара! Закрой глаза! Закрой глаза немедленно!» – взвыла я про себя, но продолжила смотреть.

– Эй? – позвал рейян, присаживаясь рядом на корточки. – Эй?

В нос ударил сильный аромат жимолости и чего-то еще… что-то древесное… еловое…

– Эй! – снова позвал Ковальский и с опаской протянул ко мне руку. – Собака? Чтоб тебя! Без клички трудно. Я буду звать тебя Клара! Вот. Клара, ты в порядке? Эй, собака?

«Что?»

Тирада следователя вернула меня в реальность. Вздрогнув, я уставилась на Глеба Ковальского, не обращая внимания на то, как он осторожно гладит меня по голове и ощупывает лапы.

– Вроде цела, – констатировал молодой мужчина. – Эй?

«Он ничего не понял? Не догадался, а просто решил назвать собаку… Кларой?» – медленно соображая, поняла я.

Глянув в глаза рейяну, я склонила голову и тут же мысленно дернулась, обнаружив под носом мускулистое бедро и край полотенчика. Мигом задрав голову, я попятилась, скользя задом по черно-белой плитке.

Где-то в отдалении раздался мелодичный перезвон, похожий на птичьи трели, и теперь дернулся уже следователь.

Оглянувшись, Ковальский вскочил и пробурчал себе под нос:

– Кого еще принесло?

Открывать гостям в одном полотенце в этом доме было не принято, а потому Глеб ринулся наверх.

Незваный гость оказался удивительно настойчивым и трезвонил все то время, что рейян с руганью и шумом пребывал на втором этаже. Я же открыла свой удивительно хороший слух – при желании могла разобрать каждое слово Ковальского и скрип песочка под подошвами человека за дверью.

«Интересно, – принялась размышлять я. – И прежде ведь неплохо слышала. И запахи различала…»

Отец много раз повторял, что у меня невероятный талант. Постоянно хвалился посетителям, что у него дочь прирожденный лекарь – я без труда могла разобрать любое лекарство, сделанное вручную и без магии, на составляющие по запаху. При желании даже воспроизвела бы каждое из них. Правда… вряд ли бы точно угадала пропорции.

Но не в этом суть! У меня всегда был очень чуткий нюх. И слух. А теперь в моменты стресса я, похоже, могла услышать даже шорох на довольно большом расстоянии!

– Сиди тут и не высовывайся, – велел следователь, спустившись вниз. Вместо костюма он облачился в штаны из плотной светло-синей ткани, какие часто носили рабочие и разносчики, и свободный бежевый джемпер. Я против воли засмотрелась на плечи Ковальского в этом самом джемпере.