От любви до ненависти и обратно

Когда обман откроется, он уже будет на месте. Он понимал риск потери Империи и то, что его ждёт ловушка в чертогах Альхарита. Но одному ему будет проще быть незаметным, чем с отрядом.

  Зуб на зуб не попадал от холода, так и не решалась открыть глаза, но от резкого перепада давления поняла, что мой похититель идёт на посадку. Он разжал тиски своей лапы, швырнув меня на каменную землю. Кубарем прокатилась с десяток метров, набив не одну шишку и получив немалое количество ссадин. Открыв глаза, подскочила на ноги, потирая отбитые бока и с ужасом озираясь по сторонам.

  - Отдай её мне! - от голоса Кровавого вздрогнула.

  - Нет, - басисто ответил дракон, - не позволю детям Латариса марать об неё руки, особенно тебе.

  - Тогда позволь мне убить её, или убей сам, но при мне.

  - Ты меня не слышишь?! - взревел зверь так, что опустилась на корточки, зажав ладонями уши, а толпа воинов отошла на несколько шагов. - Эта змея может убить тебя, у меня другой план.

  - Она должна ответить за смерть Фаласии! - Прорычал Вепрь, делая ко мне шаг.

  - Её ждёт та же участь, но намного хуже. Приковать её к солнечной карусели, рядом с Харийским ничтожеством. Пускай звёзды полюбуются на мою добычу. - Дракон стукнул шипастым хвостом так, что вздрогнула земля, посмотрел на Вепря. - А ты! Собирай войска, пора брать Латарис в свои руки. Я вложил в тебя слишком много сил и надежд, не для того, чтобы ты всё это потерял из-за одной поганой нимфы.

  - Откуда в вас столько ненависти, что вы готовы убивать собственный народ?! - не выдержала я и крикнула на дракона. - Вы убиваете своих потомков! Ради чего? Власти над миром? Вы захлебнётесь в этой власти!

  - Закрой рот, проклятая нимфа! Из-за тебе подобной я потерял последнего сына.

  - Причём здесь я! Если слухи не врут, то виной его смерти стали вы, а не чувства двух любящих людей!

  Дракон сделал быстрый рывок и придавил меня к каменной земле массивной лапой.

  - Довольно, - он брезгливо меня отпустил, - увести её на карусель.

  Двое из воинов подняли меня на ноги и повели в узкую трещину в высоком сколе. Озираясь по сторонам, заметила ещё с десяток Древних, но меньших размеров. Они словно виновато отворачивали от меня свои головы и уходили с дороги.

  Меня вели по узкой каменной лестнице так долго, что уже не было сил идти.