От любви до ненависти и обратно

  - Чудно выглядишь, - Альхарит издевательски оскалился, - после того, как тебя убьёт мой пленник, я убью его, чтобы Тёмный ощутил всю боль до капли и утопился в собственной тьме.

  - Ненасытная ящерица, - мне было всё равно, что обо мне подумает этот скамарец-переросток, - буду молить Звёзды, чтобы увидеть тебя немощным старикашкой.

  - Молись лучше о собственной душе, это сейчас уместнее, - Дракон фыркнул и мотнул головой.

  Снова пинок в спину, на автомате пошла к высоким каменным воротам, которые едва открылись.

Ещё с полчаса меня вели по тёмному коридору, а после толкнули в яму.

  Над головой, щёлкнуло и заскрежетало, а после сильно хлопнуло. Похоже, Древние до чёртиков боятся своего пленника.

  Пещера, в которую меня спихнули, была слабо освещена тусклыми кристаллами, и в её глубине зазвенели громоздкие цепи. Сделав пару шагов увидела у дальней стены сидящего на полу человека. Он не двигался. Голова была опущена на груд, и даже казалось что он не дышал.

В тусклом свете я узнала наряд незнакомца.

  - Захарий! - бросилась к нему, обхватила его лицо ладонями, - очнись! Ну же, очнись!

  Вся его рубашка была изорвана, а на теле зияли глубокие раны. Кожа была серой, но это, наверное, от освещения. Он резко открыл глаза, и я непроизвольно отскочила от него. Некогда тёмно-вишнёвые, теперь они горели ярко-кровавым светом, как у Кларийцев, только страшнее. Медленно поднявшись, он стал приближаться ко мне, не проронив ни слова.

Его лицо стало хищным, а губы искривились в жуткой улыбке. Подскочив на ноги, я бросилась бежать. Инстинкт самосохранения дал новый прилив сил. Не добежав до противоположной стены пещеры, на всём ходу врезалась в грудь Захария.

  - Я слышу твоё сердце и вижу твой страх, - он схватил меня железной хваткой и шумно втянул воздух у виска.

  - Захарий! Это я, Лития! Очнись, умоляю, - упёрлась ладонями ему в грудь, - вспомни Ракрита, пожалуйста.

  От его взгляда стали подкашиваться ноги, а горло сдавило ледяной удавкой.

В сознании мелькали кадры из жизни. Видела всё кусками и как только перед глазами мелькнул портрет над камином в кабинете Тёмного, Захарий ослабил хватку. Перед глазами видела портрет Люции, его дочери.

  - Дитя моё, - глаза деда заслезились, он отпустил меня, а я без сил рухнула на каменный пол.

   Совладав с сознанием, стала быстро отползать от неадекватного родственника.