От любви до ненависти и обратно

  Семья репетировала "Гамлета", а Альва кормила меня прямо на убой, и еда постоянно была сладковата. Джулии давала тоже полную порцию, чтобы я ей своё не скармливала. Спустя несколько дней смирилась со своей незавидной ролью "узницы" и только наблюдала за своей подопечной: вдруг она почувствует или увидит Вашество?

  Столица Харитии сильно отличалась от виденных ранее городов. Город был окружён высокой стеной, словно из непроходимого векового леса. Широкая дорога поднималась, как виадук и упиралась в крепкие резные ворота.

  Как бы не тряс Лад титульным приглашением перед лицом стражников, повозки в город не пустили. А предложили въехать на лошадях или идти пешком. Да ещё налог потребовали. Неожиданно на горизонте появился вооружённый эскорт из тридцати всадников и золочёного экипажа с гербами Равии. Высокие ворота открылись, запуская богатых гостей. Семью потеснили на обочину, дабы не мешали.

  - Король прибыл в Харитию? - удивилась вслух.

  - Ты знаешь владыку Равийских гор? - спросил Алан.

  Не ответила, попятилась за толпу. Кидаться под экипаж было бессмысленно, а вдруг Кровавый Вепрь стал Императором, и отец вручит меня ему.

  В город зашли налегке, а всё остальное решили завезти к представлению. Вокруг всё поражало своим великолепием.  За высокими стенами ничего не было видно, но за ними... Город был тесно переплетён с лесом, но по нему растянулись довольно широкие дороги, покрытые ровным камнем. Дома были все белокаменные и высокие в пять-шесть этажей.

Старейшина снял половину постоялого двора не далеко от центра города. Альва не спускала с меня глаз, поселившись в одной комнате со мной, и попросила не покидать стены гостиницы. Да и мне самой не хотелось лишний раз бросается в глаза окружающим.

  Вышла из комнаты и закатила глаза. Алан стоял как надзиратель, облокотившись о стену и, скрестив руки на груди, мило улыбался.

  - Может, поводок на меня оденешь! – вспылила я, когда он поспешил за мной в гостевой зал, в котором подавали обед.

  - Просто не хочу, чтобы ты подвергала себя опасности, лично я не доверяю Харийцам.

  Выбрав небольшой стол у дальней стены, мы присели за него. Не знаю, как Алан, а мне было интересно послушать, о чём говорит народ.  Вдруг услышу что-нибудь о Тёмном?

  На нашем столе появился сытный обед и кувшин с водой. Разговоры в довольно людном месте были не интересные: кто о торговле, кто о ценах, кто о скоте и строительстве.