Строптивая жена драконьего военачальника

И если сначала мы просто охотились на духов, то потом он начал делиться тем, чем занимался днём, информацией о ходе перестановок в стране, а потом перешёл и к личным темам. И я потихоньку втягивалась в эти разговоры. Вспоминала глупости из детства и юности, рассказывала о важных для меня моментах. И про себя отмечала, что лишь сейчас мы по-настоящему начали узнавать друг друга. 

— Серьёзно? Калеб разбил Итану нос? — переспросила я. 

Мы сидели на берегу, любуясь закатом. Сегодня не стали никого выслеживать, просто разговаривали.

 

— Да, они сцепились, а из карцера вышли уже друзьями, — Адам с нежной улыбкой смотрел на небо. — До сих пор удивляюсь, как они умудряются ладить, огонь и лёд же. 

— Итан очень терпеливый. Правда, не такой, как ты. 

— Терпение не всегда даётся легко, — он перевёл ко мне лазурный взгляд. — Мы встречаемся месяц, и за это время я лишь пару раз держал тебя за руку, когда мечтаю о поцелуе, — произнёс чуть хрипло, посмотрев на мои губы. 

Я могла его понять.

Мне и здесь невероятно нравится его запах, но я могу пожелать не чувствовать его, даже не дышать. Однако не делаю этого, наслаждаюсь его ароматом, тянусь к нему. Общение в астрале приятным образом помогло определиться, дело давно не в инстинктах. Меня тянет к Адаму. Я уважаю его за стойкость характера, верность идеалам, терпение и преданность, но боюсь стать лишь статусным дополнением к военачальнику, а не полноценным партнёром во всех аспектах его жизни. 

Что, если он добьётся своего, окончательно влюбит меня в себя и уедет на передовую, возвратится в привычную для него среду, а со мной снова будет связываться по необходимости и в редкие моменты эмоциональных приливов? Следом я поступлю под его командование, и он будет принимать за меня все решения, как по распределению, так и по поводу моего досуга.

И там уже не получится взбрыкнуть, я буду полностью в его власти. Вот только есть ли путь назад? Я ведь не просто так сижу здесь, общаюсь с ним, глупо улыбаюсь на его признание. Он уже отвоевал для себя место в моём сердце. 

— С каких пор ты стал таким робким?

— С тех пор как осознал, что могу потерять тебя, — протянув руку, он погладил пальцем мою скулу.

Его слова, словно молния, ударили в самую душу, пронзили её насквозь зарядом нежности. 

— Я всё ещё боюсь, Адам, — призналась несмело. 

— И мне известно, в чём состоят твои страхи, и где я совершил ошибки. Я обещаю прислушиваться к твоему мнению и не задвигать тебя.