Я стала злодейкой любовного романа

Что будет на балу и представить страшно...

Мне невольно вспоминается прежняя жизнь. Тихие вечера за книгой, учёба, вечерняя работа… Почему я не ценила спокойствие, в котором жила? Что со мной происходило в последние дни перед аварией? Почему я ничего не помню, кроме последнего мига? Неужели я правда умерла… Мама, должно быть, сильно горюет...

“Так, стоп”, — говорю я себе. — “Нет смысла лить слёзы о случившемся, это не поможет выбраться из ямы. Надо собрать мысли в кулак и хорошенько напрячь мозги. Ведь у меня есть то, чего нет ни у кого в этом мире.

Внезапно в дверь стучатся. Я вздрагиваю.

— Кто?

— Это Лили, служанка. Меня послал ваш брат… Я зайду? — она не дожидается ответа, словно моё мнение ей не особо-то и важно. Правильно, оно стоит куда ниже мнения любого в этом доме.

Лили оказывается довольно молоденькой девушкой с веснушками по всему лицу. В руках она держит тазик с водой и местные бинты.

— Господин Деккард сказал, вы обожглись за обедом.

— Я сама, спасибо.

— Нет, вы не поняли, — она улыбается той самой улыбкой, с какой врачи разговаривают с умалишёнными. — Он настоятельно попросил меня. Обработать.

Со вздохом я протягиваю ей руку.

Обработав рану, Лили широким слоем наматывает бинт.

Когда повязка готова, я узнаю радостную весть — носить её надо ровно четыре дня. Значит, и на балу! Значит, метки никто не увидит! Вряд ли меня в чём-то заподозрят, ведь истинные находятся слишком редко.

Из книги я помнила, что при народе Алана прятать запястья считается дурным тоном, но не в том случае, когда дело касается медицинской необходимости. Всё шло как надо! Значит, можно готовиться к балу и ни о чём не беспокоиться!

Стоило мне сказать об этом служанке, как она тут же воодушевилась. Всё-таки она была просто девушкой, и как всякая девушка обожала балы!

Может, если взять её с собой, она станет относиться к Виктории лучше? Всё-таки мне не хватает союзников.

***

Следующие два дня пролетают в сборах. От меня не отходят ни на шаг, Лили и вовсе следует тенью. Закрадываются подозрения, а уж не брат ли подослал её следить, чтобы я не наделала глупостей?

Да уж, для него моё поведение, должно быть, выглядит как раздвоение личности, а как он объясняет себе ожог, и вовсе загадка. Хорошо, что Виктория и раньше не отличалась благоразумием.