Я стала злодейкой любовного романа

Я пытаюсь улыбнуться, но получается криво. Ладонь ноет, хотя кровь похоже остановилась. Силы возвращаются по капле.

Принц сверлит меня взглядом, словно выбирая, между тем, чтобы отдать меня на эшафот и оказать первую помощь.

— У вас ранена только рука? Или...

— Только рука.

— Первую помощь я оказал. Кровь остановилась. Врач осмотрит рану позже.

— Спасибо...

— Но что вы здесь делаете, Виктория? — спрашивает он.

— А вы?

— Вы всегда отвечаете вопросом на вопрос?

— Только вам, — шепчу я. Мысли у меня порядком путаются.

Умом я понимаю, что лучше не нарываться, но никаких “умных ответов” в голову попросту не приходит. Да и что мне сказать?

Одной рукой Алан всё ещё придерживает меня под плечи. Я чувствую жар его ладоней даже сквозь ткань платья. Метка начинает неприятно покалывать. Невольно я тянусь взглядом к запястьям принца, но те надёжно спрятаны под длинными рукавами военной формы Руанда. Мои же руки полностью открыты, и я замечаю, как Алан смотрит на них в лёгком замешательстве.

— Виктория, — с нажимом говорит он, поднимая взгляд, — на балу от вас пахло чёрной магией.

Не проходит двух дней, и я нахожу вас в окружении культистов. Кто вы? Случайная жертва? Или глупая шпионка?

Я молчу, пытаясь придумать ответ. Что мне сказать? Не могу же признать, что знала, где прячутся культисты. Сразу последует вопрос: “Откуда? Что за тайный источник? И если знала, то почему сразу не позвала стражу?” Можно наврать, будто просто услышала котёнка, вот и остановилась возле переулка… Но зачем тогда уговаривала Элизу, незнакомую мне девушку, уйти подальше? Как узнала, что это приманка? Списать на нехорошее предчувствие? Так себе аргумент… Тем более, если опросят свидетелей, то узнают, что у булочной я стояла не менее получаса.

В итоге всё сведётся к тому, что я просто так хитро заманила девушку в переулок, а сама лишь притворялась жертвой.

— Если вы не ответите мне, — с обманчивой мягкостью говорит Алан, — то в местной тюрьме найдут способ развязать ваш язык.

— Извините, можно… — вмешивается Элиза.

Она уже сняла маску. Личико у неё ещё милее, чем я представляла. Краем глаза я слежу за реакцией Алана, но на него милая красота Элизы, похоже, не производит впечатления. Или он слишком хорошо это скрывает.

— Эта девушка спасла меня... — говорит Элиза, теребя оборку платья. Оно у неё куда дешевле моего, никаких драгоценных камней или шёлковых лент. Но всё равно выглядит мило. — Спасла. Остановила кинжал… В последний момент остановила.