Механическое сердце. Часть 1. Искры гаснущих жил

Отец не раз повторял, что она должна быть послушной девочкой. И Кэри пятится, пятится, пока не добирается до лестницы. А потом оказывается и под лестницей.

- Ты бы предпочел, чтобы я путешествовала голой?

Женщина сердита.

- Я бы предпочел, чтобы ты не путешествовала вовсе.

- О да, конечно…

Шорох юбок. Они касаются паркета и раскачиваются, словно колокол.

- Я буду сидеть в поместье, не мешая тебе развлекаться…

- Эдганг…

- Где она?

- Прекрати. Это всего-навсего…

- Прекратить?! – ее голос почти рвется, и Кэри приседает на корточки и зажимает уши ладошками.

А кусок грудинки выпадает из рукава на подол, оставляя пятно. – Еще скажи, что я не права.

- Ты права, дорогая, но…

- О, я терпела твоих любовниц, которых ты не давал себе труда скрывать, - женщина останавливается напротив убежища Кэри. И Кэри разглядывает бабочек, вышитых на подоле ее платья. Ткань темно-зеленая, как срез зрелого малахита, а бабочки черные. – Ты приводил их сюда! В мой дом!

Отец вздыхает.

- Эдганг, не при слугах…

- Да неужели? Ты вдруг стал стесняться слуг?

- Пойдут слухи…

- О тебе уже ходят! О том, что ты потерял остатки совести, - от женщины пахнет духами, и этот пряноватый запах завораживает Кэри.

Запах и бабочки. Почти живые, почти настоящие. И преодолев страх, Кэри протягивает руку, касается подола липкими пальцами. Бабочка не улетает. Она скользкая, а ткань – мягкая. – И если любовниц я терпела, то твоего ублюдка… о чем ты думал, забрав ее?

Отец молчит. И женщина тоже. Тишина становится невыносимой, и Кэри очень-очень осторожно убирает руку.

На бабочке остается клок пыли. Откуда только взялся?

- Ну? И где она?

- Эдганг…

- Где, я спрашиваю? Или ты собираешься ее прятать?

Сапоги отца покрыты грязью. Они скрипят, и каждый шаг приближает их к Кэри. А она раздумывает над серьезным вопросом: следует ли снять пылинку с юбки дамы, или же не рисковать? Леди сердита. Вдруг еще сильней рассердится?

- Не собираюсь, - теперь он говорит жестко. – Девочка будет жить со мной.

- С тобой? Нет, дорогой.

Она будет жить в моем доме! И носить имя моего рода, на которое ты и прав-то не имеешь… мой отец…

- Слишком много тебе позволял. Вырастил эгоистичную стерву, которая…

- Которая что?

Кэри все-таки решилась и очень быстро протянула руку, схватив серый клок.

- И на женщину не похожа…

Молчание.

- Эдганг, - теперь он говорит мягче. – Если бы ты стала немного… добрей, мне бы не понадобились любовницы. Я ведь любил тебя…

- Или мое имя и положение?

Она не уступит.