Злодейка для ректора

Что же вы не оставили её на том стуле?

Прежде чем я успеваю пискнуть, ректор движением пальца при помощи магии поднимает мою сумку в воздух, лишая меня последней защиты.

Глава 22. Видеть то, чего нет

Ректор закашливается, поперхнувшись кофе, поворачивает голову и отводит от меня взгляд.

Я смотрю на грудь, чтобы оценить масштаб трагедии. Может, уже немного высохло? Но нет. Всё осталось примерно так же. Закрываюсь пиджачком насколько могу.

— Вам по спинке постучать? — сочувственно спрашиваю я ректора, который всё ещё кашляет.

Вены на его шее вздулись от напряжения, а лицо слегка покраснело. Смотрит он куда-то вбок, но то и дело иногда искоса поглядывает на меня… на определённую часть меня.

— Адептка, вы… — начинает он и замолкает, прочищает горло.

— Опять скажете, что у меня неподобающий вид? — перехожу я в нападение. — Ну простите, не было времени привести себя в порядок, это вы провели меня вот так через пол-академии. Так торопились затащить меня в свой кабинет?

— Велена Эйрис! — он злится и наконец-то смотрит мне в глаза.

— Верните мне сумку, — дуюсь я.

— Вы могли бы сказать, — укоряет он меня.

Взгляд при этом смещается ниже, на губы. Ректор нервно облизывает свои.

— Как именно? — хмыкаю я. — Господин ректор, мою грудь видно, сделайте что-нибудь?

Он молчит. Я тоже. Очень неловкая ситуация, но меня она больше злит, чем смущает. Я надеялась изменить впечатление о Велене, в том числе у ректора. Хотела, чтобы он относился ко мне, как к надёжной и ответственной… Но теперь он по-любому при звуке моего имени будет вспоминать это…

Не везёт мне в последнее время.

— Хорошо, Эйрис, так уж и быть, — наконец, говорит ректор. — Раздевайтесь.

— Что? — тихо выдыхаю я.

Краснею почти до ушей и ищу путь к отступлению. За дверью секретарь, она же услышит и поможет, если я буду кричать? Ректор, конечно, горяч, но мне не нравятся мужчины, которые пользуются своим начальствующим положением.

— О чём вы думаете, адептка Эйрис? — прищуривается он и еле заметно улыбается.

— А вы? — осторожно спрашиваю я.

— Если я буду сушить вашу одежду прямо на вас, то кожа получит ожог. Будет больно, — объясняет он как маленькой.

И я бы поверила в его серьёзность и отсутствие дурных намерений, если бы он смотрел мне в лицо. До этого случая ректор не давал повода усомниться в нём. Могу ли я и сейчас ему доверять?

— Вы же отвернётесь? — не очень уверенно уточняю я.

— За кого вы меня принимаете? — на миг уголок его губ поднимается.