Солнце краденое

— Нэрис, почему у тебя такой вид? —этот наглый вопрос мог прийти в голову только нашему конунгу.

К счастью, а может быть, к сожалению, но никого из молодых участников в представительной делегации, прибывшей на нашем полуразрушенном транспорте, не было. По крайней мере, я не была вынуждена глазами искать своих несостоявшихся «мужей».

— Очевидно, от шока! — ему громко рявкнул в ответ обозленный инспектор.

Причин для моего потрясения было более, чем предостаточно. Место гибели массы шахтеров оказалось даже не огорожено.

А ведь нам обещали помпезный мемориал, воздвигнутый на средства всего континента.

Конунг что-то промямлил инспектору очень вяло, невесть откуда возникший вдруг наш отец как-то зло ему возразил, а я замерла, все еще плохо соображая и почти их не слушая. Как могло так случиться, что брат мой остался вдруг жив?

Виталитовая шахта забита камнями, как пробкой бутылка. И нет никаких следов даже вялых попыток спасения. Нам явно лгали, отчитываясь о спасательных работах. Хотя ведь отец присутствовал тогда здесь, он пропал на неделю и вернулся весь исцарапанный и пьяный смертельно.

Очередная семейная ложь? Голова снова болела, и когда моей спины вдруг коснулась горячая и большая ладонь, сил на испуг уже не было.

— Устала? — напрасно он спрашивал, но мне все равно стало приятно.

— Тебе тоже солгать? — наверное, резко ответила, он такого совсем не заслуживал, но сил на вежливость не оставалось.

— Очень сильно устала, — сделал правильный вывод инспектор Аверин. — Еще совсем немного потерпи.

Метрах в тридцати от нас, у самого края разлома, рожденного землетрясением, печально стояла группа, прилетевшая следом за нами, и в него скорбно вглядываясь, будто в могилу. Особенно конунг старался, он даже вытянул жирную шею.

— А потом? — я не капризничала. Как-то само получалось.

— Есть несколько средств от боли, голода и усталости. — Откуда столько терпения у него? Даже голоса не повысил, ни тени малейшего раздражения. — Но лишних свидетелей мне не хотелось бы.

.. — он произнес еще тише.

Я взглянула в их сторону и вынуждена была согласиться: «свидетели» все смотрели теперь только на нас.

— Так отправь их... — я замешкалась на секунду, и все же придумала. — В шервовы норы отправь. Всех! Видеть их не могу!

— Как прикажешь, принцесса! — Аверин вдруг стремительно развеселился и, резко к ним развернувшись, ушел.

Я даже привстала, ведомая любопытством, но голова нещадно закружилась, и я вынуждена была тут же сесть.