Солнце краденое

— Игореша, ломаем, — прозвучало практически ласково.

— Да, капитан, сейчас распервачу по полной! — тут же голос ответил восторженно.

И уже через пару минут поступил четкий сигнал — разрешение на швартовку, запуская процесс безопасной стыковки с входным шлюзом суденышка. Можно переходить, не рискуя разгерметизировать эту космическую горошину.

— Кел, вход и первичное сканирование пространства, цель — очаги потенциальной опасности, любые биообъекты. Кил — по штатному расписанию.

Первый ядроид пошел. Эти роботы были похожи на странные организмы, собранные из тонких блестящих металлических трубочек.

Кел, смахивающий на гигантскую многоножку с человеческой головой, и Кил, сильно напоминающий огромного земного богомола. У того, кто приделал этим монстрам маски человеческих лиц, явно было черное чувство юмора.

Гибкие и сильные конечности, крепкий скелет.

Определенно удобнейший инструмент.

— Кел докладывает: на борту исследуемого судна повсюду наблюдается интенсивное задымление, следов открытого огня не обнаружено.

Есть биопомехи, мангитоэнцефалографической активности не обнаружено, фиксирую сердечную деятельность. Источник пока не локализуется.

Погано. Если энцефалографических следов активности разума уже нет, то это — агония. Но придется туда им все же лезть.

Гесс безмолвно все понял.

— Мак, нам обоим бессмысленно.

В принципе, он правильно все сказал. Но была одна пренеприятнейшая деталь — дохлый шервь его знает, с каким типом разумной жизни столкнули сегодня их демоны космоса.

А протокол спасательной операции должен подписывать антрополог. Что-то в духе: «Пытались вытащить из задницы некую форму жизни, предположительно, инсектоидов¹⁶, потерпели тотальную наудачу, все равно все подохли». И подпись.

Макар был обязан сам видеть покойничков, лично. Уже состоявшихся или весьма перспективных. Сам, на свой личный видер¹⁸, снять запись осмотра и сплясать ритуальные танцы с полной процедурой идентификации.

Гесс отлично все знал, он смолчать просто не смог, только плечами пожал, быстро отстегиваясь.

— Бессмысленно лезть обоим, — Макар повторил его фразу, сказанную меньше минуты назад.

— Безумие — штука заразная, — Гесс усмехнулся. — Я лекарь, биолог и воин.

Именно так.

«Лекарем» можно было назвать тут феерическую смесь специальностей, что преподавали военным на Глизе. Нечто среднее между ветеринарией, психиатрией и форменным шарлатанством. Имперское лицензирование это все проходило в графе «Младший медицинский персонал».