Солнце краденое

Гесс добавил лишь сдержанно:

— Насколько я понял, в манипуляторах «ЭТО» есть набор всяческих врачебных инструментов. Советую... кхм. Попробовать. Я имел в виду медицинскую помощь, конечно.

Мак яростно отключил связь со своим кораблем. Всем — сто нарядов вне очереди. Будут драить каждую гайку «Совы» до алмазного блеска. Будут готовить руками на камбузе экзотические блюда земной кухни, а потом это съедят. Больше зверств капитан не придумал, засмотревшись на расставание пары танцующих.

Зря он злится. Скорее всего, его «брачная битва» уже завершилась, и пикантный вопрос консумации брака с невестой его не коснется.

Или же нет?

***

Нет.

Ничего другого я не могу им ответить. Мне нечего сказать им обоим.

Спасибо забавному нашему гостю, имени которого я так и не удосужилась даже узнать. Пытаясь с ним танцевать, я немножечко успокоилась. Он мило шутил, наступая мне на ноги, звал потихоньку сбежать. А в маленьких его темных глазах стояла такая невыразимая горечь...

Завидовал ли этот случайный прохожий судьбе наследницы прайда Рейн? Вот уж не думаю.

Скорее моим «женихам», куда более видным. И не знал этот тихий, спокойный и осторожный мужчина, что мне не нужна оболочка из внешнего лоска. Что высокие слова и правильные поступки красивы со стороны, а жить рядом с их величием и высокими целями трудно. Всегда есть риск, что чаша всеобщего блага опять перевесит, и мной снова пожертвуют.

Не хочу.

Не будь я уверена, что его тут же сломают, растопчут, как желтого кролика на песке, я бы серьезно подумала о подобном избраннике.

Но бросив взгляд в сторону Райна, увидела на лице у него мрачную, злую решимость и не стала пускаться в подобную авантюру.

Второй танец достался ему. Диль откупился, сжав зубы от боли и остался сидеть, кидая на нас мрачные взгляды.

— Ты сегодня танцуешь? — войдя снова в круг, Райн поклонился, с тревогой взглянув мне в лицо. Голова закружилась сильнее.

— Да, — просто ответила. Это стало самым последним согласием в нашем с ним диалоге.

Мы танцевали. Я успела забыть это искристое, легкое удовольствие от движений в руках опытного мужчины. Музыка, отключающая сознание. Только мы и она. Как будто трибуны за кругом исчезли, и не было нескольких сотен жадных глаз, не было мрачных каменных стен замка. Он вел меня, держа нежно и твердо. Мы столько раз это делали раньше, что можно закрыть смело глаза, и тело подскажет само, его память не ошибается.

А вот разум метался.