Солнце краденое

Я с огромным трудом заставляла себя не смотреть на точеные губы партнера, на влажные от усталости пряди, прилипшие к шее. Не вдыхать острый аромат его пота и кожи. Даже запах усталого Райна мне нравился. И крепость рук, и жар прижимающегося мужского тела, все еще разгоряченного битвой.

Нет.

— Почему? — кажется, мой жених, уже определенно несостоявшийся, меня в это время о чем-то спросил.

И похоже, что я ему даже ответила.

— Это бессмысленно, — вряд ли на этой арене найдется хоть кто-то, способный поспорить с моим утверждением.

— Нэс, ну послушай, во что ты снова влезаешь?

Эта фраза с детства была его самой любимой. Хуже звучало лишь:

«Нэс, ну снова ты влезла!»

Прости, милый Райн, но наше время закончилось.

Мне становилось все хуже. Головная боль жесткими тисками сжимала виски. Руки дрожали. Я должна выстоять. Просто обязана.

Развернулась, не очень твердо отступила от бывшего жениха, ему вежливо поклонилась, стараясь в глаза не смотреть.

Кусая губы до боли, до крови, лишь бы не выключиться, протянула руку чудовищу.

Вспомнила глупую сказку, которую рассказывала мне в детстве Куста. О красавице и чудовище. Там принцесса полюбила примерно такой же кошмар, а он оказался вдруг сказочным принцем. Плохо, что я не принцесса. Интересно, он точно хоть гуманоид? Стоит и молча взирает мне прямо в глаза. Словно не верит в происходящее.

А мне, чтобы смотреть на него, приходится задирать кверху голову. Кажется, я покачнулась. Моих пальцев коснулась вдруг гладкая черная рука имперца, осторожно подхватив всю ладонь и давая еще одну точку опоры.

Поверхность руки его оказалась приятной наощупь и теплой.

Шаг вперед, поклон, музыка зазвучала, а мы все не двигались.

Я хотела спросить, умеет ли он танцевать, ведь снова вести я не в силах. Но почему-то, все еще глядя в его светящиеся фасеточные глаза, смогла произнести лишь:

— Зачем?

И услышать невероятное:

— Вы меня сами позвали.

Я? Его позвала? Голова закружилась еще сильнее. И перед глазами вдруг встали все короткие эпизоды наших с ним встреч.

Что же, он прав. Позвала и продолжаю надеяться.

— Вам плохо, — имперец не спрашивал, констатировал. — И танцевать мы не будем. Достаточно развлечений, я сыт по горло этим спектаклем. Вы сделали выбор?

Я молча кивнула.

— Позвольте спросить? — его голос звучал очень тихо и мягко.

— Вы.

— Как выглядит регистрация брака? — он все тревожнее вглядывался в мое лицо и теперь уже осторожно придерживал меня за талию второй рукой.