Чёрный феникс. Академия ХИЛТ

Как он молотил передними лапами! Ведь зад его вместе с хвостом был в этом треклятом зыбучем песке.

«Идиот, — рычал в моей голове феникс. — Риша, хватайся, ну же!»

Вновь повторила попытку, хотя сама была на грани. Держалась отчасти из-за своего упрямства и того же желания жить, отчасти оттого, что Марс, хоть и не имел права вмешаться физически, магию свою направлял так, чтобы мое тело совершало очередной рывок. Чтобы крылья делали взмах. Я буквально чувствовала, как он парит над нами, как волнуется!

Держала я крепко, понимая, что, если отпущу, и девушка, и этот придурочный иллами погибнут.

И это будет всецело моя вина — не уследила, а должна была. Как маг с наследной силой должна была зорко глядеть в оба. Ламея-то свою часть выполнила, ее борьба прошла успешно, а вот я…

«Не время для самобичевания. Марина, давай еще взмах, девочка, давай!»

«Я пытаюсь!»

Очередная порция молний выбила воздух из легких, на миг я утратила концентрацию, и этого хватило, чтобы усилия оказались пустыми. Часть дракона, которую сумела выковырять из песка, снова затянуло, а у меня кончились силы.

Их не осталось ни для очередного взмаха, ни для того, чтобы тащить дракона. Магия практически не ощущалась.

— Марина! — обезумевший крик матери не помог.

Третье дыхание не открылось, жизнь стремительно ускользала из тела.

— Прости, — прошептала я, не отдавая отчет, у кого, собственно, прошу прощения.

У девушки, которую не могу спасти, у иллами, который погибнет со мной, или у матери, которую оставляю одну.

Без меня.

«Не смей! Марина! — рычал в голове феникс. — Не смей!»

А с его воплями в мозг ввинчивались крик матери, вой дракона и хрип Марса, отчаянно старавшегося спасти дочь. Он пытался прорваться ко мне, наплевав на то, что не имел права. Белая вспышка откинула Аргхарая, отрезав и магию, которой он со мной делился.

С чавкающим звуком дракон увяз чуть ли не по самую шею, а вместе с ним и часть меня…

«Марина, сконцентрируйся! И открой поток магии, хоть самый слабенький, дай мне его, — лихорадочно шептал иллами.

— Давай же, девочка! У нас еще есть шанс!»

Молнии, словно почуяв, что я не готова смириться, замолотили по коже с утроенной силой. Сознание ускользало, я чуяла кровь, много крови, от которой мутило. Боролась с тошнотой и наступающим абсолютным бессилием, когда вообще не чувствуешь своих ног и рук, а окружающее пространство воспринимаешь словно через вату.

Туман, туманчик мой, я должна собрать поток, небольшой, ощутить его в себе...