Шепот песков

бог мой, какое ужасное слово, скрытый маг, то маг меня не оставит. И хорошо, если кто-нибудь другой об этом не узнает. Но, что-то — особенно взгляд Морока — мне подсказывало, надеяться на это не стоило.

От ужина отказалась. В таком подавленном состоянии кусок в горло не лез. А ночью, видно привлеченный мыслями о нем, явился и сам маг.

Раскрыв глаза не сразу сообразила, почему в каюте так светло. Села на кровати и с удивлением оглядела серое ничто. Углы маленькой клетушки-комнаты сглаживались расплываясь. Островком стабильности была только я и кусочек кровати вокруг.

Мужчина вышел из этого серого тумана, словно призрак из стены. Длинный белый приталенный плащ, непривычного кроя, подчеркивал бледность лица и холод глаз. Склонив голову набок, мужчина искренне улыбнулся.

— Ну наконец-то! Я боялся, что потерял тебя.

Я невольно отодвинулась подальше от него. Блондинчик качнул головой, словно поражаясь моей несговорчивости, и протянул руку.

— Идем. Тебе пора ко мне.

— Не собираюсь я к тебе! — вновь отсунулась я подальше.

— Мне и здесь неплохо.

Мужчина насмешливо осмотрелся.

— Это место не для такой, как ты. Тебя ждет власть!

— Слушай, мужик, — прорычала я, но тот, видно устав слушать, шагнул вперед, собираясь схватить меня. — Морок! — в отчаянии, не слишком понимая, почему зову именно его, заорала я. Отчего-то сейчас казалось, что только он может мне помочь.

Блондинчик удивленно замер. Повернул голову к углу, где отчетливо проявилось темное пятно.

— С тобой рядом Тень? — пробормотал маг, а после расплылся в хищной ухмылке, — это к лучшему.

— И исчез, оставив после себя тающий серый туман.

Тень в углу тоже растворилась.

Каюта расплылась и обратилась темнотой, плавно перетекшей в следующее сновидение.

***

Вода в реке стала странно низкой. Я с интересом наблюдала за оттолли, забегавшими по палубе и с ругательствами вглядывающимися за борт. Посмотрела туда же, и на некоторое время зависла, оставив на палубе лишь заднюю часть и разглядывая среди скопившегося мусора местную живность.

Ныряли у берегов птицы, похожие на уток. Корабля они ничуть не боялись, наоборот, посматривали на него с некоторым интересом, но не подплывали. У самой поверхности стайками плавали рыбы. Иногда из глубины к ним плавно поднималась большая тень. Делала медленный круг и взрывалась атакой. Рыбки бросались врассыпную, выпрыгивая из воды. А по поверхности шли бурунчики. Несколько крокожабов дрались за трупик утопшего зверька.