Забракованные

— Рэймер, — тут же исправилась Амелия и уже спокойно присела, придержав юбку, чтобы поднять упавшую книгу.

Что же такое интересное она читала, раз даже не услышала стук его трости?

Монтегрейн задержал взгляд на заголовке. По правде говоря, он ожидал увидеть какой-нибудь женский роман, внушительная коллекция которых осталась еще от матери, а затем пополнялась сестрой и Анабель. Ему в доме они были без надобности, но место позволяло, поэтому бесполезные книги так и остались в библиотеке.

К удивлению Рэймера, Амелия читала не любовный роман, а изучала учебник по географии, оставшийся еще со времен обучения в академии.

Его брови уважительно приподнялись, а супруга, неверно истолковав эту реакцию, тут же захлопнула книгу и обняла худыми руками под грудью.

— Прошу прощения, вы были заняты, и я не могла спросить, могу ли пользоваться библиотекой. — Тем не менее взгляд прямой, а голос твердый — уже хорошо. После такого дня ему не хватало только женских истерик.

— Можете. — Колено дернуло болью, и Рэймер оперся плечом о ближайший стеллаж, чтобы перераспределить нагрузку на ноги.

— Теперь это и ваш дом.

Губы Амелии тронула невеселая и немного ироничная улыбка.

— Знаете, моя бабушка очень любила поговорку: «Чувствуйте себя как дома, но не забывайте, что в гостях».

Бровь Монтегрейна повторно поползла вверх. Это она так шутит?

Амелия первой отвела взгляд, однако так и не разомкнула руки, держа томик в потертом кожаном переплете так, будто это не старый учебник, а великая ценность.

У Эйдана же наверняка был такой же. Он что, прятал от нее книги?

— Можете взять книгу с собой. Нет необходимости сидеть ночью в библиотеке.

— Спасибо, — очень серьезно поблагодарила Амелия.

Спина прямая, руки на книге напряжены, подбородок приподнят, но взгляд теперь куда угодно, только не на него. Неужели на самом деле боится, или так вжилась в роль бедной овцы?

— В таком случае я пойду, — сорвалось с бледных губ.

У его сестры были такие же, только та считала это своим изъяном и юности подкрашивала их даже дома.

Амелия не пользовалась косметикой. С макияжем он видел ее лишь в храме и должен был признать: естественность ей даже шла. На слишком бледном от природы лице яркие краски смотрелись чужеродно и даже несколько вульгарно.

— Спокойной ночи.

Она сделала шаг в сторону, однако проход, в котором остановился Рэймер, был слишком узким, и он прямо-таки физически почувствовал, как ей не хочется приближаться к нему близко.