Единственная для Хранителя Закона

Шаг, еще шаг и…

– Умоляю, умоляю, дайте мне еще время, – в голосе моего бывшего мужа слышался тот же страх, что звенел и в голосе моей дочери буквально полчаса назад.

А я, замершая в густой тени, слушала и никак не могла поверить в то, что происходило в паре шагов от меня.

– Я все сделал. Сегодня-завтра она будет у вас! Сегодня она… Она молчала и смотрела в пол – она всегда так делает, когда хочет скрыть свои истинные мысли!

– Она должна приползти ко мне на коленях и умолять о спасении.

Много лет назад Кирвалис встал передо мной на колени и попросил меня стать его супругой.

– Я все сделал. Все получилось. Сейчас она успокаивает Демельзу, а следующим вечером будет у вас. Эйлин последовательна, она будет скрывать свои намерения от меня и потому придет под покровом ночи.

Больше всего на свете мне хотелось выйти к ним и, обругав их последними словами, гордо удалиться.

Шорох, торопливый топот, и я чувствую запах туалетной воды моего бывшего мужа. А после слышу самодовольный голос Кирвалиса:

– Я всегда получаю то, чего хочу.

"В этот раз ты ничего не получишь", – прошипела я мысленно.

Не осмелившись двинуться с места, я выжидала больше получаса. И не зря: когда терпеть стало невмоготу, раздался стук входной двери. Значит, все это время Кирвалис стоял на ступенях.

Заперев все чувства на замок, я осторожно развернулась и скользящим шагом направилась прочь. Мне нельзя ненавидеть Кирвалиса: колдовская защита может почуять это.

Вдох-выдох, Эйлин. Будет время для ненависти и опустошительных слез.

Вдох-выдох, дорогая. У тебя есть время до следующей ночи. Даже до следующего рассвета. А значит… За это время мне удастся добраться только до одного портала, способного переместить далеко. Мой путь лежит на Север. На край мира. Туда, где злые духи вырываются со дна моря. Туда, где люди становятся Тенями, чтобы сражаться с духами Разлома. Туда, где тайн и загадок больше, чем песчинок на морском побережье.

В дом я влетела так, будто за мной гнались.

Правда, пусть моя дочь серьезна не по годам, а один чемодан пришлось пересобирать: она уложила туда своих стареньких кукол.

– Выбери одну, самую-самую любимую игрушку, – попросила я. – Такую, которая напоминает тебе о чем-то хорошем.

Деми посмотрела на меня, посмотрела на кукол, а после схватила их в охапку и бросила в нерастопленный камин.

– Я сама сделаю куклу. Сошью из старой рубашки. Когда мы уедем.