Солнцеворот желаний

И видом своим провоцировала проверить на прочность. Узнать границы силы духа. Как сильно можно её сжать.

– Я думала, ты способен на бо́льшее, – почти язвительно заявила Селеста, оглядываясь и замечая поднос с кофе и булочками. Подхватив чашку со стола и вцепившись зубами в выпечку, она, полная невозмутимости, стоя началась есть, параллельно делая большие глотки, словно разом пытаясь впитать в себя как можно больше еды и воды.

– Я тоже так думал, – мягко ответил он, предлагая присесть, но Селеста проигнорировала его предложение и тогда он сам остался на ногах.

Девушка взглядом обращалась к открытому окну, словно надеясь, что в любой момент послышится мягкий шелест дождя, а потом прозвучат раскаты далёкого грома и буремесяц вернётся. Но тщетно. Никлос знал это всем своим нутром.

– Как видишь, не только твои силы ослабли после разрыва. Нориус тоже не такой, как прежде.

Его слова ударили по ней, и она замерла, широко распахнув глаза.

– То есть как это? – непонимающе спросила она, а потом перечислила все его новые способности.

– После всего этого, ты смеешь утверждать, что… ослаб?!

– Это лишь игры. Ничего более. Маленькие фокусы, не имеющие ничего общего с истинной властью нориуса в расцвете. Видела бы ты, что творил мой отец. И… вспомни, на что был способен Классарий, когда появилась белая драконица.

Селеста, дожевав последний кусочек булочки, оставила ремарку без ответа. Она и правда выглядела измождённой. Под глазами залегли глубокие синяки, губы обветрились и пересохли, и она постоянно щурила глаза, а на щеках остались следы от попыток растереть кожу, чтобы проснуться.

– Я хочу, чтобы ты сегодня осталась во дворце. Отмени все планы, выспись и отдохни. Нет ничего в этом мире важнее твоего здоровья. Иначе окончательно свалишься и все наши усилия пойдут прахом.

– Можно подумать они уже не пошли, – мрачно ответила она, упрямо поводив носом из стороны в сторону. Глянув на время, девушка предложила выдвигаться.

Никлос самолично помог надеть тёплое, шерстяное пальто, аккуратно пройдясь по шелковистому ряду звеньев тяжёлой косы. Под пальцами такая тонкая шейка с выступающим хребтом, будто Селеста – это призрак, а не живой человек – она прозрачна до тошноты.

Даже не пытаясь взять под руку, он идёт к выходу, обращаясь к ней с новыми доводами:

– Об этом и речь. Ты растрачиваешь свой дар на отдельных детей, но то, что мы делаем, помогает им всем.