Солнцеворот желаний

Пришлось пару раз прикрикнуть на неё и даже наказать за назойливость, прежде чем мы нашли компромисс с этим явным агентом из тайной канцелярии.

Две другие горничные заканчивали одевать меня в удобное платье, готовя к выезду в город. Наверное, выражение моего лица оказалось слишком красноречивым, раз Пьетро решилась задать вопрос.

– Дурной сон, ничего более. У тебя задание – организуй встречу с кэррой Милан дэ’Виньё. Я хочу привлечь её к работе над королевским приютом, раз ей празднества и обычные мероприятия не по душе.

Думаю, ей понравится такого рода благотворительность, – и я обворожительно улыбнулась.

По сощурившимся глазам Пьетро видно, что она чувствует двойное дно. Как и всегда – «шпионка» подозревает меня во всяком. И теперь гадает, чего это умудрилась удумать на этот раз. А пока приседает в реверансе и передаёт в заботливые руки Акселя и Августа, и я догадываюсь, что чуть позже она побежит докладывать Богарту о моих передвижениях, учитывая, как незаметно перекочевала записка из рук Августа в её.

То, что секретарь стучит на меня канцлеру, совсем не волнует, это ожидаемо. Главное, чтобы остальные мои дела не доходили до чутких королевских ушей.

Я откладываю встречу с Советом Женевры, тасую колоду поставленных задач, с лёгкой королевской руки избавляясь от всего надоевшего и набившего оскомину, оставляя только действительно меня волнующее, а именно – больница. В неё же и направилась, когда закончили работу с документами и после плотного обеда.

Стоявшее высоко солнце разочаровывало своей непривычной яркостью.

И пускай Сатуральские долины не знали истинной мощи буремесяца, я догадывалась насколько людям важно видеть естественный порядок вещей. А происходящее не было естественным, а значит за этим стоит океан, а что сильнее деморализует, как осознание, что подводный король сильнее нашего на поле, где обычный человек ничего не может сделать? Я слышала, как люди вспоминали истории об инквизиции княжества Лапалии. Она возникла как ответ против распоясавшихся морвиусов, но оказалась действенной и против обычной магии. И пускай инквизиторы в итоге растеряли своё влияние, в умах простых людей идея о всеобщем равенстве осталась.

Аксель помогает сойти со ступеньки кареты, и мы поднимаемся в раскрытые двери больницы. Внутри небольшое столпотворение, люди в очередях застыли как во время крупного скандала, но наше появление сняло накал толпы, и они притихли, с каким-то воодушевлением подавшись к нам навстречу.