Неждана

Не остановишь их, поди...

— Коли поможешь воротиться — остановим, — заверила Нежданку водяницу. — Уж мы с Жерихом от радости, что свиделись, так колесо мельничное раскрутим, так горячо любить друг друга будем — в раз лед на ручье тот жар растопит, как в конце весны. Ежели разольется ручей в три раза шире, чем обычно, тут уж никакие кони не пройдут-не проедут.

Нежданка даже помыслить о таком не могла.

— Ты же знаешь, что ручей через весь лес течет, не обойти его, да моста нет нигде, — водяница все свое гнула.

— Начнут деревья рубить, чтоб на тот берег перекинуть, так все одно ничего не получится. Шире ручей разольется, кипятком клокотать станет.

— Откуда ж у меня столько сил, чтоб лед до самой мельницы по всему ручью сломать? — начала уже задумываться Нежданка, как все исполнить.

— Не надо весь, — улыбнулась Тайна. — я и подо льдом могу плыть долго. Мне бы хоть раз через пятьдесят шагов лунки делай, чтоб смогла подниматься воздуха глотнуть.

— Ладно, — нехотя согласилась Нежданка.

— Пойдем... Только боюся я тебя, близко не подплывай.

Так они и двинулись вдоль ручья в сторону мельницы. Нежданка по берегу с тяжелой палкой идет, Тайна на пятьдесят шагов подальше, высунет из-под воды голову свою морозную да ждет, пока девчонка в другом месте лед сломает.

Полдороги прошли прежде, чем Нежданка спросить решилась:

— Тайна, скажи, а я тоже ведьмино отродье, коли тебя вижу?

Снова засмеялась водяница:

— Чтоб с нами встретиться не надо силой колдовской обладать.

Разве не слыхала ты, как люд простой с водяницами да лешими видится, чертей в избе считает?

— Слыхала, — нехотя согласилась Нежданка.

Продвигались в сторону мельницы они довольно быстро, просто на удивление.

— А кто ж я тогда? — уж в самом конце пути снова спросила Нежданка.

— Так то у себя вопрошать надобно. — улыбнулась Тайна. — Кто ж, окромя самого человека, на то ответить сможет?

Повесила нос Нежданка, где ж их взять, те ответы? Чай, не рябинки на дереве -так просто не соберешь.

«Поди неспроста девка решила лед продавить в том самом месте, где я умирала медленно, — подумала Тайна. — Почуяла что, не иначе». Да, вслух ничего говорить не стала — пусть сама уж с собой разбирается.

Как к мельнице подошли, Жерих уж углядел любушку свою, выбежал на мороз, подхватил зазнобу на руки, да в тепло понес. Обняла водяница любимого-ненаглядного, поцеловала жарко — сосульки в волосьях у нее враз растаяли, водопадом на снег хлынули.