Огонь, Вода и Медные Порталы

Она уже люто ненавидела и этого старика, увлеченно смешивающего на столе сухие травы, и весь этот, пропахший зельями и каким-то диким зверем, терем.

Любогневе вспомнились висевшие у батюшки на чердаке свежевыделанные медвежьи да лисьи шкуры. Вот те также на версту воняли псиной.

Любогнева устала и измучилась. Никогда еще ей не приходилось делать что-то настолько отвратительное и неприятное. Будь они все неладны, старик, тётка и их княжеские правила!

Девушка вскрикнула от боли, когда натёртая на ладони водянистая мозоль лопнула.

Тяжелые ножницы грохнулись об пол с металлическим лязгом. Туда им и дорога! Любогнева хотела пнуть их изящным кожаным сапожком, но, поймав, направленный на неё, внимательный взгляд волхва, осеклась и, приложив немалые усилия, всё же сдержалась.

Старец отложил травы, поднялся и подошел к молчаливо негодующей помощнице. Взял за руку, развернув к себе ладонь с небольшой ранкой, затем перевёл взгляд на перекошенное злобой лицо девушки.

- Ступай за мной, Любогнева, - старец направился в примыкающую к горнице комнатку.

- Эта рана – не рана. Сейчас помажем, дунем, и всё пройдёт.

Любогнева, сцепив зубы, поминутно напоминая себе, зачем она здесь, последовала за ним.

Небольшое помещение было сплошь заставлено этажерками и полками с зельями в стеклянных и керамических сосудах различной величины и цвета и благоухало так, что вздохнуть здесь было нечем.

Огневед снял с полки низкую пузатую банку тёмного стекла, пальцем зачерпнул из неё немного мази и нанёс на ранку, нянчащей руку, Любогневы.

Подул, как маленькой и произнёс добрым голосом:

- Ну, вот уже и не болит, - посмотрел на девушку лукаво. У Любогневы опущенные книзу углы губ ушли еще ниже. Подбородок поджался. – Кто твои родители, Любогнева? – спросил старик.

- Отец – в купеческой гильдии состоит уж десятый год, - по привычке задрав нос так, что сумела посмотреть на возвышавшегося над ней волхва сверху вниз, произнесла Любогнева. У Огневеда вокруг глаз побежали морщинки.

– А мать свою я не помню.

Огневед задумался на мгновение, затем промолвил:

- А нет ли у твоего отца каких-то особенностей? Может быть, он взглядом лучины зажигает, али ветер нагнать умеет?

Любогнева вытаращилась на старика: «Что за чушь он несёт? Разве станет батюшка такими глупостями заниматься? Слыханое ли дело, глазами лучины зажигать?!».

- Вижу, что нет, - сам себе ответил Огневед на интересующий его вопрос.