Случайная

Он знает это слово?

— Изард, а кто ты? —как бы между прочим, задала вопрос,и отошла от зеркала, не желая встречаться с ним взглядом.

Я хотела знать правду, но очень её боялась. Что, если опасения Виаситори оправдаются, и я не спасусь отсюда?

—Готовься, — сухо ответил он, и вышел. Нужно было быть слепой, чтобы не заметить, как заиграли на его лице желваки от эмоций.

Ну, хотя бы оставил меня наедине с собой.

Уже спустя полчаса я направлялась к сцене под липкие взгляды инопланетных мужчин разного калибра. В зале было приглушенное освещение, но я могла разглядеть каждого из гостей.

Их было больше двадцати человек, вернее, не человек, а... А, черт с ними, как их звать!

Пока выступала одна из девушек, выгибаясь в такие нестандартные позы, что у меня волосы на затылке дыбом вставали, я пробралась за сцену. Пришлось подавить желание как можно скорее отмыться от этих взглядов. Ладно ещё мужчины, которые хоть как-то были привычный глазу, но были и экземпляры столь нестандартные, что рвотные позывы рождались сами по себе.

Когда подошла моя очередь, я глубоко вздохнула. Сегодня я приготовила максимально опошленный номер. Марик же говорил, что на землянку будут ходить даже просто посмотреть. Вот, надеюсь, этой пошлости им будет достаточно и на расстоянии. Скоро за мной должны были прийти, и все это останется в прошлом. А пока, почему бы не станцевать так, как я танцевала лишь в одиночестве?

Заиграла тягучая музыка, разбавляемая басами и шепчущим голосом какой-то местной певицы. Я изгибалась, трогала себя руками, закрыв глаза, и тут же погружалась в сложные акробатические фигуры на пилоне.

Когда все закончилось, я лишь задрала повыше подбородок и ушла со сцены. Не выделяя взглядом никого, я желала показать, что мне плевать, что обо мне думают, и чего от меня хотят.

Изард тут же взял меня за руку и повёл в комнату. От такой прыти даже опешила, пыталась затормозить и сказать, что хочу остаться посмотреть на других девочек. Тот не только не послушал, лишь подхватил меня на руки и ускорился.

— Остановись, ты меня пугаешь! —вскрикнула я.

В темной комнате не зажёгся свет, когда мы вошли. Изард буквально сгрузил меня на кровать, наваливаясь сверху.

— Это ты меня пугаешь, когда танцуешь так, будто бессмертная. Такая хрупкая, такая чувственная... — его губы прочертили дорожку из поцелуев на моей шее. — Ну нельзя же дразнить мужчину, если не готова нести за это ответственность. Хлопаешь своими глазками невинными, и продолжаешь верить в чудеса.