Академические будни Бабы Яги

У здешних спросишь – они клянутся, что город всегда тут стоял. Но я-то знаю, что это не так, сам в окрестностях второе лето промышляю!

- Так в магии все дело, - вступил в разговор седой мужчина вполне благообразного вида. – Мне знающие люди рассказали, что это княгиня выбрала им с князем место для дома, после кинула оземь волшебное мыло, и из него появился город с озером, и лодки, и люди…

- Да врешь, не бывает так! - скептически фыркнул Хромой.

Я задумчиво покачала головой, вспомнив волшебный лес, образованный гребнем Марьюшки.

- А ты-то как сюда попал? – меж тем поддерживал светскую беседу Мартин.

- Да, захотел посмотреть, насколько толстые кошельки у здешних жителей. Кто же знал, что князь с княгиней чужаков сюда не пускают?

Я перестала вслушиваться в разговор. Судьба Хромого меня интересовала мало. Тем более, что бродяга с домрой, чье выступление мы прервали своим появлением, снова решил помузицировать. Удобнее перехватив полукруглый корпус инструмента, он быстро-быстро побежал пальцами по струнам, и переливчатая чарующая музыка заполнила поруб.

За лесами, долами, за реками, в тридалеком случилось то царствии.

Грозный царь раз отправился странствовать, посмотреть свой удел и угодия…

Голос у сказителя был негромкий и очень приятный. Я как завороженная вслушивалась в неспешно льющуюся историю, сначала просто наслаждаясь напевностью, потом увлекшись повествованием, а затем внимая каждому слову с жадным практическим интересом.

Раз случилась беда с царем-батюшкой - резвый конь его вдруг заупрямился,

Поскакал-полетел прочь испуганный, провалился в трясину заросшую.

Закручинился царь, запечалился, угодивши в зыбун аж до пояса.

Видно гибель пришла понапрасная, В топях вряд ли дождешься спасения…

- Какое прекрасное обручье, - вдруг вторгся в мой увлеченный историей мозг незнакомый голос. – Серебряное?

- А? – я нехотя отвлеклась от сказителя с домрой. Невыразительного вида мужичок держал мою руку и внимательно рассматривал блокирующий магию браслет на запястье.

Долго ль, коротко ль, слышит вдруг голос он: «Али помощь моя тебе надобна?».

Видит юношу тонкого, бледного, что стоит на веретье задумчиво…

- Серебряное? – настойчиво повторил свой вопрос мужичок.

- Ага, - рассеянно согласилась я.

- Наверное, оно тебе очень дорого?

Я поморщилась:

- И хотелось бы избавиться, да снять не могу.

- А если я сниму, отдашь его мне? – хитро прищурился собеседник.

Я пожала плечами.