Нашла коса на камень, или приручение строптивого монарха.

В ответ я удостоилась лишь намека на приветствие, ну и ладно, после таких нервных встрясок как никогда начинаешь ценить жизнь, а все остальное кажется совершенно незначительным!

Решив не оставаться в том месте, дорогу к которому знают все кому не лень, мы, хрустя попавшимися под ноги сухими веточками и шишками, медленно продвигались по пролеску, огибая высокие ели и перешагивая через валежник. Первое время мы подозрительно озирались по сторонам, опасаясь быть застигнутыми в этом месте как в ловушке, все больше углубляясь в чащу, спешили скрыться от возможных преследователей.

Но вот лошадям идти становилось все сложнее, так как временами расстояние между соснами и густыми кустами было слишком узким. Ветви царапали круп коней, и те недовольно всхрапывали.

Также довольно сильно пострадало платье Алексены и ее прическа. Пышная юбка цеплялась за каждый куст и ветку и уже вскоре походила на растрепанный пучок длинных лент, собранных у талии девушки. Я же, бережно свернув свой единственный наряд, запрятанный в чехле из побывавшего в воде платья, везла сверток, перекинув через шею коня.

Но вот мой скакун встал как вкопанный, намертво застряв между двумя соснами. А причиной этому конфузу оказались две спортивные сумки, подвешенные по бокам задней луки седла.

- Тпру! – Эдуард осадил коня и повернулся к нам. – Всё, здесь сделаем привал! И его яркие зеленые глаза посмотрели прямо на меня, словно собираясь в чем-то обвинить.

Я внутренне поежилась, но император просто спокойно мне сказал:

— Ваше Высочество, нужно что-то сделать с вашими котомками.

Уж слишком они велики для такого путешествия. — Взгляд мужчины стал мягче, а у меня отлегло от сердца, значит, не злится.

Все остановились на небольшой полянке и начали спешиваться. Алексена же, словно мешок с картошкой, буквально свалилась на руки к Ефиму. Здоровяк крякнул, но вес взял, осторожно поставив девушку на землю. Алексена зашаталась, но, схватившись за ствол молодой сосны, устояла на ногах. Я ее прекрасно понимала, помня свою недавнюю скачку.

Все начали устраиваться на сухой еловой подстилке, а я беспомощно озиралась, сидя на коне и не имея возможности самостоятельно слезть, так как по бокам меня ограничивали короткие торчавшие из стволов ветки.

- Не дергайтесь, принцесса, сейчас мы вам поможем! — бархатный с хрипотцой голос императора снова вызвал у меня толпу мурашек, тем обиднее было, что он-то как раз меня практически не замечал. Не считая вот таких рабочих моментов, как сейчас.