Под другим небом

Мы позавтракали овсянкой и яйцами, после чего нам с Дилли были вручены корзины и список того, что нужно было приобрести в Городке.

- Надо сказать это очень удачно, что вы можете пойти вместе, - покачала головой Фанни-ма. – Завтра воскресенье, а у меня на исходе мука и зелень нужна свежая. Если бы не ты, Наташа, мне пришлось бы пойти с этим цыплёнком, который разве что пучок зелени сможет поднять. А у меня очень много дел сегодня. Так что идите, девочки, и раньше обеда не возвращайтесь.

Я взглянула на объёмный пучок петрушки, базилика и укропа, который стоял у Феломены рядом со специями, в синем кувшине, как букет цветов.

Выглядел он свежим и сочным. У меня возникло смутное ощущение, что нас попросту сплавляют из дома, но делать было нечего. Раз уж повисла тут незваной гостьей, надо быть хоть в чем-то полезной. К тому-же по-детски тянуло на улицу, где всё заливал солнечный свет.

Еще немного посуетившись, собираясь, мы выбежали из дома и зашагали по уже знакомой просёлочной дороге. Дилли доверчиво сунула свою ладошку мне в руку.

- Скажи, Дилл, а ты помнишь кого-то из странных гостей, вроде меня? Какими они были? – я постаралась, чтобы мой голос звучал легко.

Дилли нахмурилась, поразмышляла. Я не хотела на нее давить, молчала, размахивая корзинкой.

- Их все помнят, Наташа…- с запинкой сказала она. – Я помню двоих. Мужчину и женщину. Женщину звали Кэтрин, и она не была такой милой, как ты. По правде говоря, я её боялась. Она тоже жила у нас. А мужчина нет, он жил в доме Эбби и тоже был пугающим, хотя я не знаю, сделали ли они что-то плохое.

– девочка умоляюще взглянула на меня:

- Только не говори Феломене, что я тебе рассказала, ладно? Она будет недовольна.

Я почувствовала укол совести за то, что использую невинного ребенка в своих целях и поклялась больше не расспрашивать ее. Сжав ее ладошку, я сказала со всей искренностью:

- Конечно, Дилли, я тебя не подведу.

Малышка улыбнулась, и мы вошли в городок.

В субботний день здесь было довольно многолюдно, на площади был развёрнут небольшой стихийный рыночек, бегала детвора, стоял приятный добродушный гул голосов.

В своей новой одежде и чепце, скрывающем половину лица я совершенно не привлекала к себе внимания. Дилли куда-то ускользнула, и я направилась поискать её там, где продавались ленты, платки и какие-то побрякушки. И в ту же минуту почувствовала, что меня кто-то взял за локоть.

Обернувшись, я увидела симпатичное лицо викария, которого я не знала, как зовут.