Дочь барона

Но прежде, чем мастерицы вошли в комнату, Тиана поймала на себе их удивлённо-растерянные взгляды и подумала, что следует заглянуть в зеркало — вдруг что-то не так с лицом?

— Простите, досточтимая баронесса Арлей! — обратилась та, что была в белом фартуке. — Вам нужно быть в вашей комнате. Наверное, ваша портниха уже ждёт.

После этого они переключили всё своё внимание на Мегану и заговорили так, как будто в комнате никого не было:

— Идеально…

— Ничего прятать или подчёркивать не надо…

— Начинаем? Заносите!

И в комнату потекли рулоны тканей и кружев, корзинки с инструментом… Даже большой раскладной стол внесли.

Когда носильщики вышли, а остались только четыре помощницы мастериц, решила уйти и Тиана. Мысль запереть комнату снаружи она отбросила — место у закрывшейся двери заняла могучая женщина и непримиримо уставилась в глаза портрета напротив. «Такая и графиню Тукань остановит, не дрогнет!» — усмехнулась про себя Тиана и негромко произнесла:

— Мне нужен провожатый.

Она могла дойти и сама, но надо же было проверить!

Ливрейный слуга выскочил из-за портьеры, поклонился:

— Досточтимая баронесса Арлей?

— Мне нужно в Северное крыло замка. И напомните, пожалуйста, баронессе о необходимости ужина.

— Обязательно, баронесса! Прошу за мной!

Глава 5

В Северное крыло они прошли всё теми же коридорами. Вот только стонов и хихиканья здесь явно прибавилось.

А уже после вестибюля дворца Тиана даже покраснела — в глубокой нише мелькнули голые женские бёдра.

«Интересно, они так готовятся ко сну или только разгоняются?!» — подумала баронесса.

Что характерно, слуга, семенивший впереди, всю дорогу рассуждал о безобидности дворцовых привидений. И Тиане показалось, что слова провожатого относились не к сопящим и стонущим по углам, а именно к идущим мимо. Но предупреждения о появлении посторонних пропадали даром.

Про себя баронесса поклялась никогда не заниматься подобным в этих коридорах. Даже по приказу короля!

Прощальный поклон провожатого совпал с поклонами встречающих. Едва Тиана отперла дверь, как повторилось уже виденное у Меганы: комнату заполонили слуги, схлынули, оставив мастериц, восхищающихся фигурой баронессы. Стало совершенно очевидно, что этот ритуал не изменился бы даже в случае пошива платья для обычной коровы.