Княжна

Пока походите с легкой шалью на плечах, главное – лицо. И вы не должны будете сидеть взаперти, сможете гулять в парке, выходить к трапезе.

- Жана, я же просила обращаться ко мне на «ты».

- Прошу прощения, но не могу - не положено, да и мне непривычно. Мне так комфортнее, простите, Виктория.

- Хорошо, - вздохнув, села я в ванной, – тогда давай заканчивать да одеваться.

Женщина четко обозначила границы общения - дружить со мной она не собиралась. Ла-адно... Выйдя из ванной комнаты, мы пошли в гардеробную, вход в которую находился с другой стороны от кровати, и я увидела уютную комнатку с кушеткой посредине и стенами, увешанными вешалками с нарядами.

Провела рукой по тканям разного цвета и плотности... На наклонных полках во всю нижнюю половину дальней стены стояли пары обуви, похоже, что на все сезоны и случаи. Заинтересовавшись, я подошла и примерила одну – обувь была мне великовата. Усмехнувшись, я с вопросом взглянула на служанку.

- О, не переживайте, это все переделают «неестественным» образом.

Все станет вам впору. Пока обувайте шлепанцы.

Платье было длинновато, но я подобрала его пальчиками и закружилась перед зеркалом – стиль « а ля Наташа Ростова». Талию где делать будем? Под грудью... Рукава-фонарики, цвет бежевый, нет – персиковый. Белая атласная лента завязывается на бант под грудью и спускается почти в пол. Такие же белые бантики на фонариках рукавов. Миленько и удобно. Но граф что-то говорил о корсетах?

- Жана, а когда умерла графиня? Пятнадцать лет назад? Мода разве не изменилась? Что-то я слышала о корсетах.

- Конечно, изменилась, хотя корсеты были и тогда. Но для домашнего утреннего платья это вполне подходит. И корсет вам сейчас не надеть – пусть сойдут синяки... будет больно.

- Тогда давай шаль. Декольте на грани приличий, а там – сама видишь.

Я получила длинный ажурный палантин на плечи. Дальше мне сделали прическу, восторгаясь длиной и густотой волос, а также тем, что локоны не нужно завивать.

Прическа получилось красивой и романтичной. На лицо Жана наложила прозрачную маску с вытяжкой дорогого цветка и ушла заказывать завтрак на террасу.

Я опять подошла к зеркалу – тоненькая невысокая девочка с темными блестящими локонами и глазами цвета грозы, как говорил папа. Сине-сизый цвет в зависимости от освещения мог меняться. Тонко прорисованные брови, неплохие ресницы. Я всегда считала свою внешность достаточно привлекательной.