Княжна

Днем на тренировках тренер гонял меня, как сидорову козу, что ожидаемо повлекло за собой существенные успехи в верховой езде. Сынок, видимо, общался в свое удовольствие и к папе не наезжал. Жана была приветлива, но такой открытости и доверия, как в первые дни, между нами не было. Иногда, проходя на конюшню, для чего приходилось довольно долго идти по парку, я любовалась стайками разноцветных мотыльков. В библиотеке взяла книги о чудесах этого мира. Много чего здесь я посмотрела бы с огромным удовольствием.

И попробовала. И примерила на себя. Но это все у них – у нас тоже есть много интересного, что мне предстоит увидеть и чему порадоваться.

Для тренировок мне выделили смирную кобылку с гривой, заплетенной в косички. Темно-серая, сухощавая, стройная – она очень понравилась мне, и я носила ей хлеб, который подавали на стол на завтрак и обед. Брюк или хоть какого-то подобия штанов я не выпросила, поэтому тренироваться приходилось в амазонке со шлейфом, сидя в дамском седле боком. Я никогда раньше не садилась на лошадь, поэтому переучиваться не пришлось - боком так боком, тем более что седло это было устроено соответственно – с высокой полукруглой лукой, как гнездо.

Мои прабабушки явно были хорошими наездницами, и возможно ли такое, что умение закрепилось где-то на генетическом уровне...? Сомнительно, но у меня все получалось с ходу.

Или все это от того бесшабашного настроения, которое так и не проходило? Скоро мне разрешили выезжать в поля. Вначале с тренером – невысоким серьезным мужчиной средних лет, а потом и одной.

Далеко я не рисковала отъезжать и кружила вокруг поместья, пробиралась между деревьями сада и по грунтовке вдоль рощи. Даже добралась до поля с неизвестной травой, оказалось что посеянной на корм лошадкам. Сама, в неудобном платье, я не смогла бы влезть в седло. Меня подсаживал тренер или конюх, а уж там я отрывалась по полной. В одну из поездок решила проехать по дороге, ведущей куда-то из поместья. Она выглядела надежной – тоже мягкая грунтовка, но совсем без ям и сухой пыли. И мы с моей подружкой несколько увлеклись, отъехав недопустимо далеко от дома. За что и поплатились.

Дорогу мне преградил всадник на вороном коне. Черный камзол с серебряным шитьем, черные узкие брюки, заправленные в длинные сапоги, волнистые волосы, стянутые шнурком. И яркие карие с золотинкой глаза на породистом лице, твердо сжатые губы – граф Грэгор в свои лучшие годы. Этот мужчина был не просто красив.