Любовь по завещанию. Айрон и Марион

Блеяла как овца на рынке. Какой стыд… Ай же механически кивнул и вернулся к своему занятию, так и не взглянув. И не ответив.

Мне было ужасно неловко – собиралась искать общий язык с рабом, а он даже не посмотрел, игнорирует… Такой весь даже не злой, а отстранённый. Не то что вчера вот это его «боишься?» и горячее дыхание на моей щеке, которая тут же вспыхнула от воспоминаний.

Меня отчего-то затрясло. Схватилась за край стола, чтобы не упасть. Да что со мной такое?! Почему я веду себя так? Почему так себя чувствую? Почему прекратить вражду с ним кажется таким важным сейчас? Что мне делать дальше?

Стены и потолок начали двигаться навстречу друг другу, явно собираясь раздавить меня.

Пыталась вдохнуть, но ничего не получалось. О, если раб хочет избавиться от меня – то самое время. При всём желании не смогу вытащить артефакт из кармана, чтобы защититься. Но этот ужас остановил бархатный мужской голос, вырвавший меня из сумасшествия:

- Я могу сказать…госпожа?

Что? Он меня спрашивает? Я разве запрещала ему… Точно.

И смотреть, и говорить же запрещала вчера! Так вот почему он не смотрит. Стены быстро отодвинулись на место. Пространство очистилось, и я смогла снова дышать. Говорить пока нет, поэтому просто кивнула.

Но что это сейчас было?

Глава 14

- Вы зря сняли с меня подчиняющие артефакты, - заявил раб, снова пристально глядя мне прямо в глаза.

- Да что ты себе…

Я подавилась воздухом. Он вообще сошёл с ума?! Почему ведёт себя так? Словно получает удовольствие от того, как обращается со мной! Ему так нравится меня доводить? Хотя на его лице и нет насмешки, как вчера, но слова-то! Я и не ожидала, разумеется, благородного поведения от раба, но…

- Простите.

Я не совсем то имел ввиду.

Он сделал пару шагов ко мне, оказываясь напротив. И я не могла отвести взгляд, хотя стоило бы просто развернуться и уйти. А ещё лучше – наказать его за наглость и неподобающее поведение. Но только как? Не могу же я высечь его. Да и что я вообще могу?

Почувствовав, как глаза наполняются слезами, всё же развернулась, чтобы позорно сбежать.

Пришла мириться, называется. Хотела общаться с ним нормально. С этим, похоже, вообще невозможно разговаривать. И я не позволю ему видеть себя в таком состоянии. Не хочу, чтобы он знал, что может обидеть меня. Пусть лучше считает взбалмошной хозяйкой.

Но меня остановил его хриплый голос без капли издёвки. Такой… глубокий… Такой… обволакивающий…

- Госпожа… - выдохнул он, а у меня по спине побежали мурашки.