Гора в объятьях облаков

В павильоне находился ещё один ёкай, очень похожий на чёрное привидение. Или классическую смерть без косы, в балахоне. Рук существая не видела, но он внушал недоверие, отвлекая даже от обнаженной спины тенгу, которая, между прочим, оказалась в топе моих интересов.

– А что вы тут делаете?

Повредили руку на работе. Что ж это за работа такая. Показали бы мне суд, главе которого после заседания понадобится помощь хирурга.

С другой стороны от Шиджеру мне был хорошо виден низенький столик, с медицинскими ножницами, иглами, какими-то тампонами и прочей медицинской ерундой.

Но я пришла по делу. Что тут происходит, выясним позже, если не прогонят.

Извиняться, когда осознаешь свою ошибку, для меня было не очень трудно. Для пущей убедительности в собственном раскаянии, постаралась изобразить один из тех поклонов, которые мне ежедневно отвешивают сестрички. Надеясь, что все выглядит не слишком криво, ждала ответа тенгу.

Теплые пальцы, ощутимые через ткань пижамы, в которой я умудрилась явиться, чуть толкнули в плечо.

– Поднимись, пожалуйста.

Когда мне разрешили и дальше время от времени развлекаться в компании воронят, стало как-то светло и легко на душе. Вспомнив еще один немаловажный момент, широко улыбнулась, удобнее устраиваясь на подушке.

– А еще хотела сказать спасибо за кофе. Это ведь ты принес? – Тенгу чуть опустил голову, подтверждая. По губам скользнула быстрая усмешка. Пугающий помощник, Гадзодза, вернулся к своему занятию, орудуя над плечом ворона с противоположной от меня стороны.

Тенгу прикрыл глаза. Теперь, когда я в целом сделала то, для чего явилась, мне представилась возможность рассмотреть Шиджеру лучше.

Мужчина сидел в одних брюках, скрестив ноги. Чуть вытянувшись, я смогла разглядеть четыре дорожки красных, чуть воспаленных шрамов, с торчащими усиками хирургических швов. Дыхание перехватило, и я судорожно пыталась вдохнуть. Тенгу резко открыл глаза и прямо посмотрел в глаза.

– Вероятно, тебе лучше отправиться к себе.

Зрелище не самое приятное.

– Мне не страшно или противно. Обидно и нервно, скорее. Это что за работа такая… – осматривая жилистое тело ворона, загорелое и довольно темное, с удивлением натыкалась взглядом на тонкие белые и кривые розоватые линии, видимые и на руках, и на груди. Встав, отошла ёкаю за спину, провожаемая темным взглядом. Даже там, от плеча к пояснице, по левой лопатке, по ребрам с правой стороны, везде, были видны следы шрамов.