Гора в объятьях облаков

Она была вся цветная, где-то с темными пятнами зеленой хвои, а где-то виднелись «печальные» клены. Мы были не слишком далеко, так что вершина закрывала почти половину неба, и это зрелище весьма впечатляло.

– Вон там, чуть выше облаков святилище. Хочешь побывать?

Определенно.

Сердце, переполненное адреналином, в ускоренном режиме перегоняло кровь. Вид был настолько изумительно-пугающим, голова шла кругом, что смех вырвался сам собой. Стало так легко, свободно, что возникло желание раскинуть руки, но тут инстинкты победили.

Сочетание запаха Шиджеру со свежим ветром, с зашкаливающими эмоциями, ощущением полета и крепких рук, все это делало мир вокруг каким-то еще более волшебным, чем обычно.

– Тебе нравится? – тихо спросил ёкай, разглядывая мое лицо. Не в силах ничего произнести, просто кивнула, широко улыбаясь.

Шиджеру

Она меня просто выбивала из равновесия. Один только вид такой свежей, отдохнувшей Орисы на высоких гэта, расхаживающей по двору под команды зубаток был способен пошатнуть мое спокойствие.

– Так нужно? Или сильнее его потянуть? – спрашивала девушка, плавным движением подтягивая подол кимоно. Каждый жест, мягкий, продуманный, полный грации, так разнился с ее обычным задорным и немного резковатым, что я был не в силах отвести взгляд. Сейчас она была другой. В повороте головы, в развороте плеч и даже взгляде присутствовала та гордость, лишенная высокомерия, что получалось демонстрировать только у Акане, супруги Рю. Но если принцесса впитала это с рождения, переняв манеру у почившей императрицы, то Ориса – весьма простая девушка из далекой страны, откуда это в ней?

– А на голове что должно быть? Оно тяжелое будет? Как с этим поклоны бить? – подтянув длинные громоздкие рукава, девушка приложила руки к голове, изображая высокую конструкция.

Кин что-то ей отвечала, но я не слушал зубатку, наблюдая за невестой. – Это я поняла. Не так страшно. А если что, я вообще считаюсь важной персоной? Вот так надо? Давайте еще раз пройдусь, а то как-то неудобно совсем. Стыд будет, если меня позовут, а я там на коврах растянусь, как дура деревенская какая-то.

И, одним плавным движением спустив рукава, подняв голову и распрямив спину, Ориса вновь приняла этот чарующий вид. Как-то на мой еще детский вопрос, за что отец выбрал мою маму, просто украв молодую кореянку и проигнорировав решение бабушки, я получил ответ: за ее достоинство. Мне было непонятно, о каком таком достоинстве идет речь.