Тёмное проклятие Инкарвиля

– Ах ты, маленькая негодница, – деланно возмутился Канор, – и как еще язык поворачивается говорить о таких пошлостях? Ты же леди!

– Это в Реймонфоле я леди, а здесь...

– А здесь – незаконная племянница короля, без какого-либо права на трон. Что ты на самом деле думаешь обо всей этой ситуации? Я же вижу, как ты вздрагиваешь при малейшем упоминании этого светлого интригана.

Не знаю почему, но мне захотелось выговориться. Я столько сдерживалась, столько скрывала все свои чувства и эмоции, что они начали съедать меня изнутри.

Пусть Канор не самый лучший собеседник, зато он точно поймет меня правильно. Без пристрастий положения, без осуждения и поучительных тирад. Именно поэтому, выдохнув, я тихо заговорила, глядя на белую лепнину потолка:

– Я боюсь. Я искренне боюсь того, что грядет в моей жизни. Я словно вижу снежную лавину, надвигающуюся прямо на меня, от которой просто невозможно спрятаться, укрыться. Она непременно накроет. Из этого вытекает вопрос: под снежную толщу попаду только я, или еще и дорогие мне существа, которым не посчастливиться находиться со мной рядом.

– Поэтому ты отправила эльфят домой?

– Именно. Я всю жизнь привыкла полагаться на свой ментальный дар. Ты даже не представляешь, как я почувствовала себя в замке темного владыки... Словно неразумный ребенок, я училась по мелким выражениям лица распознавать истинные чувства людей.

– У тебя это явно дурно выходило, – подбадривая, хмыкнул дракон.

Я лишь кивнула, принимая правоту его слов.

– Сложно избавиться от привычки полагаться на магию.

Но еще сложнее пользоваться лишь глазами, когда раньше старался им совсем не верить. Канор, я действительно верила той горничной! Я даже представить не могла, что она на такое способна. А владыка? Канор, а ведь я допустила, что этот темный действительно может быть нормальным. Нормальным! А он принял в себя Мглу. Как можно на столько ошибаться в людях?

– И в эльфах, – поддакнул дракон.

– Да один еж! Моей ущербности это не отменяет. И когда кажется, что хуже уже не может быть, в моей жизни появляется еще и светлый правитель.

Начинает петь о моей матери и о желании искупить вину передо мной. Искупить вину? Правда? Коронованный эльф перед человеком?

– Тебе тоже это показалось подозрительным? – сдерживая смех, спросил чешуйчатый собеседник.

– Подозрительным? Это мне показалось снегом средь жаркого летнего дня – немыслимым и невозможным. На короле охранный артефакт, но на его слугах, придворных и самом дворце их нет.