Тёмное проклятие Инкарвиля

Я думала, что смогу хоть что-нибудь понять из их мыслей и эмоций, но никто не был в курсе планов правителя. Он играет в одиночку. А то, что он играет, я уверена.

– Я тебе больше скажу, светлый правитель трепетно охраняет не только свою голову, но и свои покои. Я несколько раз пытался проследить за ним, но у меня ничего не выходило.

– И не выйдет, – хмуро фыркнула я, – уж больно этот...

– Хмырь ушастый, – подсказал дракон.

– Определенно, – подняв палец верх, подтвердила я, – уж больно он подготовлен. Такое чувство, что заранее все спланировал.

– Или жил так на протяжении какого-то времени.

– Что ты имеешь в виду? – попыталась я сфокусировать пьяный взгляд на красной чешуе.

– В их мире есть маги разума. Менталисты, если говорить по твоему. Здесь они имеются, но в очень малом количестве. Возможно, эти маги давно не появлялись, и народ Инкарвиля уже успел о них позабыть. Но, после капания в грязном белье своей матушки, король понял, что ты можешь обладать частью такой силы, вот и решил себя обезопасить.

А может все намного проще и комната охраняется по умолчанию, так же как и корона правителя. Охранный артефакт вставлен четко посередине.

– А я и не почувствовала...

– В тебе просто нет силы элементаля, – гордо задрал голову Канор.

– Значит, мы опять вернулись к тому, с чего начали, – я нервно закусила губу.

– Либо все плохо и светлый хмырь заранее все спланировал, либо все нейтрально и само собой идет так странно. Эх, сейчас бы в Реймонфол... Хотя, нет, я передумал. Там же Вера на сносях.

И Дэй нервный. Ну их. Я лучше эльфийский заговор раскрывать стану, стоя ногами в помоях, чем туда. Вера сама по себе дама психованная, а беременная Вера...

– Я переживаю за нее, – серьезно проговорила я.

– А она за тебя, – усмехнулся дракон, – вы дуры и у вас это взаимно. Понимаешь, Вера такое существо... Она считает, что в ответе за вас всех. За всех, кто входит в ее ближний круг. Она готова руками рвать вражеские глотки, если хоть кто-то осмелится причинить вам вред. В ваших глазах она сильная, упрямая и стойкая.

.. Но я видел, как у этой стойкой женщины от страха тряслись руки, когда она поняла, что могла опоздать на какое-то мгновенье и потерять Тару в Карадонорской битве. Я видел, как она рыдала после схватки в Реймонфоле, сидя на полу в одиночестве, и корила себя за сделанный выбор. Тогда она обругала всех хранителей за то, что они вообще предоставили ей этот выбор. Который даже я никому бы не пожелал. Любимый или зараженный отец подруги...