Смотрители Перекрёстков

– Подожди командовать, – осадила Ольга Пса, – ты не желаешь спросить у юноши, хочет ли он следовать за тобой? И почему ты обращаешься только к Петру? Что, его мать для тебя больше не существует?

– Она нам не нужна! – отрезал Бультерьер. – Наш вожак, тот, кто стал её парой по закону Луны, никогда не простит ей измену! Не простит того, что она спряталась сама и укрыла его сына в этом Мире без магии!

Светлана охнула, схватилась руками за лицо:

– Как?! Волкодав жив?! Почему же ты сразу мне не сказал об этом?! Почему он не искал и не нашел меня?!

– Жив он или нет, для тебя не имеет значения! – рыкнул Пес.

– А вот почему ты его покинула, я сейчас узнаю.

И Песснова потянулся руками к горлу несчастной женщины, на которую за последние двое суток свалилось столько всего. Волчица вздрогнула и отшатнулась. Ольга вскочила из-за стола и встала между ними:

– Не смей! – Смотрительница выставила руку ладонью вперед. – Я сама расскажу тебе обо всем, что произошло со Светланой, когда она попала в наш Мир, если для тебя это так важно.

Бультерьер заинтересовано смотрел на неожиданную заступницу:

– Даже оборотни с трудом переносят ментальный допрос. Ты, человечек, можешь его не выдержать!

– А кто тебе сказал, что я позволю себя допрашивать? – усмехнулась Ольга: – Мы, как ты выразился, человечки, привыкли общаться при помощи слов, без вторжения в психику другого.

– Слова могут лгать! Как я узнаю, что ты сказала мне правду?

– Никак. Тебе придется просто мне поверить, – вздохнула Ольга.

Пес взглянул в окно, убедился, что до наступления ночи и восхода Луны еще много времени, сел в кресло, когда-то облюбованное Драконом:

– Я слушаю тебя, Смотрительница.

Но помни, если в том, что ты сейчас расскажешь, будет хоть крупица лжи, рано или поздно я об этом узнаю! И тогда не поздоровится этой жалкой самке, которая предала свою пару.

Рассказ Ольги, был достаточно подробным и намного более эмоциональным, чем тот, который она выслушала совсем недавно. Ольга от души жалела эту женщину, поправшую в её мир совсем юной, и так и застрявшей здесь.

– Я верю тебе, Смотрительница. Я верю, что ни ты, ни она, – пренебрежительный кивок в сторону Светланы: – не солгали ни единым словом. Я знаю, что это так!

– Это хорошо, что ты поверил, – Ольга вздохнула, словно сбросив с плеч тяжкий груз, – но откуда можешь знать?

– Мы, псы, всегда чувствуем, где ложь, а где – правда. Ложь и правда пахнут по-разному. Ни от тебя, ни от неё во время рассказа ложью не смердело.