Возвращение злодейки любовного романа

Вы что, первый раз на собеседовании?

Неудовольствия в его голосе столько, что у меня желудок сводит спазмом. Я начинаю торопливо пересказывать свою легенду. Что меня зовут Катя Нарриот. Якобы я из обычной семьи. Родители погибли, воспитывала бабушка… Раньше работала служанкой.

— Вы умеете шить? — спрашивает управляющий.

— М-м… пальцы у меня ловкие.

— Хорошо готовите?

— Я быстро учусь.

— Сколько языков знаете?

“Английский, наверное, не считается”, — напряжённо думаю я, отвечая:

— Один.

— Как у вас с науками? История, география?

— Отлично, — вру я, заливаясь краской.

— Зачем вы сюда пришли?

— Потому что тут хорошие условия.

— И всё? — управляющий впервые поднимает на меня глаза. Они голубые, яркие и ужасно холодные. Я чувствую себя полной дурой. И уже понимаю — ещё немного, и работы мне не видать как собственных ушей… Но надо пытаться изо всех сил!

— Н-ну… Конечно, ещё я хочу попробовать встретить своего истинного, — наугад говорю я. Просто потому, что похоже именно это и хочет услышать оборотень.

Я угадываю. Управляющий кивает, на его губах появляется понимающая усмешка. Он встаёт со своего места, медленно обходит стол, приближаясь ко мне.

— Ты, наверное, в курсе, Катя, что в замке Короля Диорта Цезариуса почти весь обслуживающий персонал состоит из людей, а не из оборотней. Оплата и правда выше, чем везде. Но каждый год мы полностью меняем персонал. Как думаешь, почему?

Он останавливается напротив и смотрит сверху вниз. Мне хочется вжаться в стул.

— Потому что… вы ищите людей с метками?

— Верно.

И только это важно. За год замок успевают посетить множество оборотней, и если метка так и не появляется, мы выметаем мусор. Понимаешь?

Я неуверенно киваю. Мне совсем не нравится отношение этого человека к людям. Похоже, мы для него пустое место...

Оборотень наклоняется ниже, а его рука ложится на ручку кресла. Он так близко, что я могу увидеть своё отражение в его глазах.

— А ты знаешь, что иногда… чтобы метка проявилась, требуется более близкий контакт?

— Близкий? — я обхватываю себя за локти.

Невольно кошусь в сторону Ри… Тот даже не смотрит в нашу сторону.

— Да. Ты на это готова? — тихо спрашивает управляющий.

— Н-да… — шепчу, а у самой сердце бухается в пятки. Мне совсем не нравится то, к чему всё идёт.

Белобрысый тонко улыбается и тихо говорит:

— Докажи.

Он ухмыляется, ожидая от меня каких-нибудь действий. А не дождавшись, кладёт мне ладонь на колено. Так нагло, словно мы с ним парочка — не иначе. Мне кровь бросается в лицо.