Ведьме в отборе не место!

Но если на кону стоит честь семьи… В конце концов, ведьмы всегда платят по счетам. А кто, если не я? Не беременную же тетку отправлять на отбор. Не думаю, что вкусы короля настолько специфичны, что он заинтересуется бабулей или близняшками. Маму в роли невесты я тоже не представляла. Так что…

Я успела выпятить грудь колесом, когда Мойра, подкармливающая своего фамильяра — тарантула Стефа — громко кашлянула, явно привлекая к себе внимание.

— Ну, кстати, необязательно отправлять на отбор Касси. Я тоже могу.

Все рассуждения о том, что меня и дома неплохо кормят, тут же испарились.

Я прищурилась и с подозрением взглянула на маленькую пигалицу. В душе вспыхнул азарт. Кто-то пытается урвать то, от чего я бы хотела отказаться? Не отдам!

— Паспорт возьми, — небрежно посоветовала я. — Но учти, что возраст согласия начинается с шестнадцати лет.

— Кому из нас еще паспорт понадобится! — передразнила меня Мойра. — Ты сама-то едва выглядишь на семнадцать, а тебе на десять лет больше!

Я вспыхнула, на языке завертелись нужные слова, и я прикусила его, чтобы случайно не проклясть сестрицу.

Она ударила по больному.

У каждой ведьмы в нашем роду был особый дар, иногда несколько. Например, мама могла есть все что угодно и не поправляться. Ее тонкой девичьей фигурке завидовали все коллеги (мама работала бухгалтером в крошечной типографии). Тетя Дара рожала легко, будто кошка. Возможно, обладай мама ее умениями, и я бы уже имела братика или сестренку, но не срослось. Бабуля чуяла ложь. Ее нос всегда забавно дергался, когда кто-то лгал, а сама она морщилась, будто от противного и резкого запаха.

В чем особенность Мойры и близняшек, мы пока не поняли — слишком малы были все трое.

Мне тоже достался дар. Я выглядела гораздо младше своего реального возраста. Наверное, ближе к сорока годам меня начнет это радовать, но пока же этот дар приносил мне больше дискомфорта, чем пользы. Особенно на работе, где меня часто путали со стажерами-студентами.

«Хочешь, я сожру ее тарантула?»

Я хихикнула, гнев схлынул.

Сумрак всегда умел охладить мои чувства.

Признаться, в выборе фамильяра я была старомодна. Впрочем, скорее это он нашел меня, чем я его. В день моего лунного крещения он первым явился на порог нашей квартиры. Мама говорила, что когда пришли остальные, я уже кормила его из игрушечной посуды и повязывала бантик.

«И я до сих пор тебя за это не простил!»

Судя по причмокиванию, Сумрак разговаривал со мной из кухни. Надеюсь, он не доедает теткину сгущенку.