Великосветское убийство

Споры лежат себе на месте, невидимые, неосязаемые, необнаружимые никакими нашими органами чувств. Лежат они до тех пор, покуда там не появляется подходящая женщина, в которую-то эти споры и проникают, дабы сделать её временным вместилищем для дальнейшего созревания. И знаете, что им для этого нужно?

Турада покачал головой, отведя взгляд. Почему-то в голову лезли всевозможные пошлости.

— Спорам нужны влюблённые сердца и молодые тела, охваченные горячей страстью, — почти шёпотом процитировала слова книги смущённая девушка, — так было написано, — жалобно закончила она.

— И что вы предлагаете?

— Ну, женщина у нас есть. Это – я, — ещё тише проговорила Кокарита, — споры должны быть на месте смерти господина Сюро. А вот насчёт страсти…, — изящные ручки в кружевных перчатках без пальцев закрыли предательски заалевшие щёки, — возможно, я не должна говорить такое, но я испытываю в вашем присутствии чувства, которые не могу описать иными словами, нежели то, что только что уже успело предательски сорваться с моего языка.

— Госпожа Орита, — пылко воскликнул Тимоти Турада, ещё до конца не поверив своему счастью, — я ощущаю то же самое. При одном взгляде в ваши прекрасные глаза у меня буквально перехватывает дыхание, и сердце начинает отстукивать бешеный ритм. Но вы отдаёте себе отчёт, в чём именно заключается подлинный смысл слов быть «охваченными горячей страстью»?

— Отдаю, — девушка мотнула головой, отчего пряди каштановых волос упали на лицо, — конечно, отдаю.

Но поймать кого-нибудь из настоящих магических ускользанцев – это мечта всей моей жизни. И, если для этого всего-то на всего потребно предаться любви с небезразличным мне молодым человеком в сфере досягаемости спор паразита, я с готовностью пойду на это. Тимоти, не считайте меня легкомысленной женщиной, — в глазах Кокариты блеснули слёзы, — вы мне нравитесь, а то, что должно случиться, пускай случится с пользой для науки и расследования. Если вы, конечно, не против.

Турада задохнулся, потом заверил сидящую напротив смелую красавицу в самых искренних своих чувствах.

— Я сама собиралась сказать вам то же самое, — потупилась Орита, — потому как ощутила, что между нами настоящая связь сердец. Мы думаем похоже, чувствуем похоже, похоже смотрим на мир.

От ощущения охватившего его счастья Тимоти Турада не мог вымолвить ни слова, он схватил ручку в кружевной перчатке и покрыл её поцелуями.