Драконья гадость. Отбор с начинкой

— Даже был нанят дополнительный персонал и проведен полный инструктаж, о котором мне предоставлена отчетность.

— Значит не все отнеслись к своей работе должным образом, — отчеканил Эрритар и направился к своему креслу. — Садитесь. Будем вместе разбираться, где цепочка передачи указаний дала сбой. Дворецкого и личную горничную иномирянки Маргариты я уже вызвал.

Общепринятое здесь обращение ко мне песком осело на зубах. Хоть и произносилось оно с той же интонацией, что и слово «госпожа», но отчего-то все равно было неприятным.

Жаль мне не оставалось ничего, кроме как привыкнуть. И улыбаться, черт побери. Улыбаться!

С последним становилось все труднее. Особенно когда один мужчина хмур и строг, а у севший напротив меня распорядитель вообще «закаменел».

Вот и я не стала себя насиловать и выдавливать вежливость. Постаралась создать максимально нейтральное выражение лица. Еще бы не нарастающее с каждой секундой, проведенной в молчании, напряжение…

Очередной стук в дверь заставил вздрогнуть и обернуться.

После разрешения князя в дверном проеме появился подтянутый светловолосый мужчина средних лет в строгом сером камзоле, с правой стороны которого красовался вышитый серебряной и золотой нитью дракон в схематичных облаках. Узор был заключен в круг на подобие герба.

«Дворецкий», — легко догадалась я.

А вот за его плечом виднелась бледная Камилла.

Сердце кольнуло жалостью к перепуганной девушке. Я до сих пор не верила, что она по собственной воле покинула мое расположение, но наверняка все шишки на нее свалят!

Так и вышло.

По словам дворецкого, девушка в момент вызова находилась в одной из кладовых. Веских причин для ее нахождения там у него, как и у самой Камиллы, не нашлось.

— Мне нечего сказать в свое оправдание, — тихо произнесла она, когда вопрос переадресовали ей. — Это всецело моя вина. Не уследила за временем. Прошу рассчитать меня по собственному желанию.

— Не верю! — резко проговорила я, не позволив никому вставить слово.

— Иномирянка Маргарита, думаю, это не конструктивно. Зачем девушке врать нам? — с примиряющей улыбкой проговорил Эдельвирс.

Сильный ход.

Ответа у меня не было, и в его поисках я обернулась к той, о ком шла речь. Не верила я в ее безалаберность! Уж, больно сильно она дорожила полученным местом, чтобы «не уследить за временем».

Камилла комкала свой некогда идеальный передник. Ее кисти явственно дрожали, отчего движения получались дергаными и нервными.