Драконья гадость. Отбор с начинкой

В глазах, затравленно смотрящих в ответ, я уловила немую мольбу и… надежду?

Вот только, что я могла сделать, если она сама мне не помогает?

Увещевать толстокожего старого дракона — дело заранее провальное. А князь... Камилла сама попросила у него расчёт. С чего бы ему вдаваться в подробности? И едва ли моё: «Я чувствую, что здесь что-то не так», — будет являться достаточным мотивом для более тщательного разбирательства.

— Вы же нам не врете? — не дождавшись от меня ответа, Эдельвирс обратился напрямую к горничной.

Та коротко мотнула головой и нервно дернула рукава в попытке натянуть их на кисти рук. Но узкие элементы одежды оказались непреклонны, еще и немного задрались выше.

На фоне белого кружева манжеты показавшаяся багровая полоса на светлой коже выглядела, как нечто неправильное и инородное. И до того, как мы расстались с горничной, ничего подобного на ее запястьях точно не было! А общались мы очень тесно, с учетом всех примерок платьев, макияжа и прически.

— Это еще что такое? — выдохнула я, нагло перебив собиравшегося вынести вердикт распорядителя, и под влиянием сиюминутного порыва поднялась.

Подойдя к девушке, я взяла ее за руки и сдвинула рукава так, что повреждения на ее коже стали видны всем.

Вот только Камилла моего энтузиазма не разделила. Она попыталась вырваться и за себя бороться, похоже, не собиралась.

А я не хотела другую горничную! Вряд ли среди прочих горничных была хоть одна искренне желающая мне победы.

— Камилла-а, — с угрозой протянула я. — Не топи себя и меня за компанию.

— Это давление, — как бы между делом, вклинился с замечанием Эдельвирс. — Предлагаю завершить это разбирательство. Девушка признала, что сама непозволительно задержалась и готова понести заслуженное наказание.

— По-вашему, она сама себе руки перетягивала? — не выдержала и вспылила я. — Еще днем этого не было! Вам, конечно, все равно, а мне — нет. Это моя горничная, и свою работу она выполняла хорошо. И на правах особой королевской участницы отбора я требую, чтобы это дело рассмотрели тщательней.

Эдельвирс недобро прищурился и подался вперед в намеренье что-то сказать, но повинуясь резкому жесту князя промолчал.

— Рассказывай, — потребовал его светлость у Камиллы.

Та одарила меня затравленным взглядом. Я ей в ответ уверенно кивнула в знак поддержки.