Неудача в наследство

– Безликий! Вячеслав Павлович – безликий. Он не способен к магии, – напомнил Андрей. – О какой магической направленности может идти речь?

Фёдор Николаевич отмахнулся от вопроса, вышел из-за стола, ободряюще похлопал Андрея по плечу и утешил:

– Не переживайте, вы ещё молоды. Я уверен, вы найдёте себе занятие по сердцу и по способностям.

Андрей дёрнул плечом, а судья перевёл взгляд на Михаила и протянул ему лист бумаги.

– Ордер на арест. Ознакомьтесь пока. А я откланиваюсь. Вещи мои уже подвезли. Погода установилась.

– Вы ошибаетесь, – хрипло сказал Михаил.

– Думаете, задержусь? По нашим дорогам вполне возможно.

– Это ошибка. Вы арестовываете не того человека. Вячеслав не виновен!

– Ох, молодой человек, крайне редко друзья и близкие преступников кричат: «Убийца он! Хватайте его!». Поверить в это всегда сложно. Уверен, у вас получится.

– Держу пари, что Вячеслав Павлович Огрызко не виновен. Он вскоре выйдет на свободу, а настоящий преступник ещё проявит себя.

– А вы азартны?! – удивлённо вскинулся Фёдор Николаевич. – Ну что ж, пари! Следствие по уголовным делам длится не меньше недели, затем суд. После решения суда пари считается оконченным. Проигравший отдаёт десять тысяч рублей… на благотворительность.

– На развитие сельских школ Крыльского уезда, – буркнул Михаил, вспомнив свой недавний визит в местное учебное заведение.

– Хм? Ну школ так школ. Готовьте деньги, – судья хохотнул и вышел из кабинета.

Михаил смотрел ему вслед и жалел лишь об одном, что он не смог закрепить это пари магически.

– Это какая-то нелепая ошибка, – проговорил Андрей.

Михаил вздрогнул от неожиданности, с головой уйдя в свои мысли, он забыл о том, что друг стоит рядом.

– Я поеду следом и попытаюсь добиться в Крыльске правды. Я всё ещё заседатель. Что бы там ни говорил судья, должности меня пока никто не лишил! – заявил Андрей и споро засобирался домой.

Спустя сорок минут Михаил наблюдал, как два дюжих молодца усаживают мсьё Нуи в полицейскую карету с зарешеченными окошками и перегородкой из металлических прутьев внутри салона. Лицо камердинера говорило о том, что арест не прошёл гладко. Тёмным пульсировал свежий синяк под глазом. Из лопнувшей губы сочилась сукровица. Всё это при наличии старых подсохших царапин выглядело и вовсе зловеще.

– Всё выяснится! – крикнул Михаил с крыльца.