Наиль. Маг и попаданец

Belle! Такие великолепные ноги, и…

Наиль прекрасно знал, как смотрятся его балетные ноги в колготах, но он сейчас не на сцене и не танцует, и вокруг не зрители, а пираты, и потому не желал терять ни грамма своего достоинства. Его и так немного. Наиль напрягся для спора, и графин на столе треснул.

Герцог сдался:

— Так. Eh bien, d'accord. Хорошо. Твои предпочтения?

Наиль ткнул пальцем в Корта. Квартирмейстер и наемник был одет в кожаный доспех, черные штаны и сапоги — так одевалось большинство пиратов.

Отличались только покрой и цвет рубах, штанов и шляп. Плюс, украшения и оружие представляли собой фантазии на любой вкус. Капитан пробормотал: «Скукота и убожество», — и разрешающе махнул рукой.

В очередной модной битве Наиль отстоял право ходить босым, а герцог уговорил его на серьгу. Наиль согласился, предполагая, что это будет обычное пиратское кольцо, но это оказалась женская висюлька «а-ля люстра». В споре за фасон серьги пострадал кофейный позолоченный сервис и два матроса получили ожоги шаровой молнией.

Злой боцман, с яростным рыком появившись в дверях, закончил спор счетом «один — ноль» в пользу Наиля.

***

Наиль смотрел на себя в зеркале и вместо школьника видел незнакомца в пиратской одежде. Белая блуза и джинсовая безрукавка из дома, короткие кожаные брюки, золотая серьга в ухе. Казалось бы, не впервые ему одевать на сцену маскарадный костюм. Да, лицо изменилось – черты лица заострились, как и весь он сам похудел, но дело не в этом.

Взгляд. Такой взгляд ему был не знаком. Чужой какой-то, настороженный, дикий.

Каких-то десять дней на корабле.

Сначала стресс, когда он был пленником и боялся, что его раскроют и убьют. Горькое чувство предательства от того, что княжна и Горин обманули его (случайно или умышленно), но бросили его одного.

Потом шторм и обморок. Пару дней лихорадки не добавили здоровья. А после организм работал на износ, пытаясь выжать из себя всё на что способен, понять новые свойства и магические способности.

Да и просто выживание в бескрайнем холодном и бесконечном пространстве – это что-то за гранью разумного. Удивительно, что он еще не рехнулся.

Космическую тишину разорвал истошный крик:

— Полундра!

Глава 19 На абордаж!

Вокруг раскинулся яркий красивый пейзаж. Как говорится: картина маслом. Черное, глубоко-черное бесконечное пространство космоса оставалось бы пустынным, если бы не это.