Наиль. Маг и попаданец

У большинства магов этого резерва хватало ровно на один огненный шар. И если за границами болот они не испытывали трудностей с тем, чтобы продолжить бой, втягивая силу извне, то на болотах… М-да. Поэтому княжество Девятиземелье редко видело магов: не нравилось им здесь. Очень не нравилось.

Так что очень хорошо, что Илиа сейчас был тихим и не тратил энергию по дурости. Дольше продержатся. Да, собственный резерв штурмана был невелик, весьма невелик, а если честно, то весь он содержался в амулете-перстне. Вот таким Уильям случился инвалидом — и магически, и физически.

Вся надежда была только на то, что пацан протрезвеет раньше, чем амулет иссякнет, или на то, что они получат помощь от других людей, иначе юному магу придется выбираться отсюда уже в одиночку, бросив замерший труп штурмана на съедение диким зверям. Уильям не боялся смерти, но умереть предпочитал в бою, в абордажной схватке, а не как неудачник.

Он взвалил горячее тело на плечо и поднялся:

— Вилли, твой левый сапог всегда как новенький… – поделился пацан интимным шепотом и хихикнул: — Как будто ты его не носишь.

— Еще раз про меня пошутишь — здесь оставлю! — пригрозил штурман.

В следующий раз пацан доверчиво сообщил:

— А ты знаешь, что подснежники — это не только цветы? — и посоветовал: — Не стань им!

— Завянь, — не сразу нашел подходящий ответ Уильям.

Три часа спустя, упав в очередной раз, штурман подниматься не спешил. Он равнодушно устроился в сугробе, цинично положив сапог на горячее тело спящего мага и отогревая замершую конечность.

Из пацана получилась неплохая печка. На спине он неплохо согревал туловище, даже голова с руками почти не мерзли. Но ноги. Ногу Уильям уже не чувствовал. Он невесело рассмеялся:

— Твой любимый черный юмор, виконт. Одну ногу я потерял в огне, вторую отморозил.

Достав трубку и табак, штурман, не спеша, наслаждаясь, возможно, последними часами жизни, закурил. Тусклое солнце по-прежнему пряталось за серой зыбью сплошных облаков. В лесу стояла полная тишина, только иногда слышался глухой звук упавшего комка снега.

Ни запахов костра, ни следов людей.

Уильям задумчиво посмотрел на безмятежно раскинувшееся тело Илиа. Снег под ним таял и схватывался ледяной коркой. После таких привалов оставались странные следы-вмятины формой в виде отдыхающего человека. Снежинки на гладкой щеке растаяли и лежали капельками. Ресницы чуть дрогнули, маг по-детски улыбнулся чему-то во сне. Капли скользнули вниз по шее и впитались в шейный платок красного цвета.