Наиль. Маг и попаданец

Хохлатый «опоздун», который пришел в конце игры и решил играть в команде «синих». Синий – это Наиль. Почему «синий»? А не знает.

Они – команда желтых по понятной причине. Желтой была шкура у пингвинов-инопланетчиков (точнее, нуль-шишиг из Чёрной дыры). На мех похоже, но точно не перья. И пингвинами они не были, хоть и очень похожи на земных жителей Антарктиды.

– Играть-играть-играть.

Ну вот помяни жёлтого, он и явится.

– Ты почему ещё здесь? – грозно спросил Наиль хохлатого.

Блин, дела. Главное условие игры было в том, что проигравшая команда улетает, но вот этот конкретный желтый оказался в команде синих, команде выигравших, а значит.

.. Значит не всех инопланетных удалось спровадить. Что делать?

– По-согласию-по-согласию, – оправдывался хохлатый.

Наиль удивленно вскинул брови и поискал «согласного». Сугробы, лес – никого. Стоп. Что-то в кустах. В магическом диапазоне проявилось какое-то едва заметное сияние. Это что? Или кто?

Снежно-белый зверь синеглазо прищурился и шевельнул призрачным ухом с характерной кисточкой на конце.

Рысь. Мама дорогая, какая красота! Захотелось бежать не от зверя, а к нему: потискать, и чтобы почесали за ухом – даже статические разряды побежали по пальцам. Так, а ведь это не желание Наиля. Он тихо рассмеялся и пошёл навстречу чужим желаниям.

Хотелось тоже довольно урчать и дёргать лапкой. Ух. Какое-то двойное блаженство: получать щекотливый кайф от того, что ты чешешь пушистика, но довольные мурашки почему-то бегут по твоей спине, как будто чешут тебя, и ты ловишь чужое удовольствие.

Или это эмпатия, или зверь умеет привораживать. Скорее всего, и то, и другое. Неудивительно, что желтопузый Хохлатый задержался в этих краях. Точнее, кустах и сугробах.

Наиль на секунду задумался о том, что если игра в башни ему приснилась, то откуда тогда здесь хохлатый? Подумал-подумал и выкинул мысль из головы. Мало ли: может желтый умеет сниться пьяным магам?

Кайфу мешали только изумленные взгляды местных амазонок и один обеспокоенный взгляд штурмана.

Они сверлили спину почти ощутимо. Наиль их стойко игнорировал, но зверь решил, что с него хватит, и ушёл. Просто растворился в воздухе, как будто и не было его. Словно чеширский кот: сначала пропал хвост, потом лапы, последней исчезла довольная улыбка. Хотя, кто знает этих кошек? Они, если смотреть на них сбоку, всегда улыбаются.

Призрачный зверь ушел, но осталось странное ощущение, что он был здесь и не здесь одновременно.