Мертвые Игры книга четвертая

Дастел откинул голову назад, гулко стукнувшись о стенку ангара, хрипло начал рассказывать:

- У меня кровь горит. Жуткое ощущение, словно лава перетекает, не хватает воздуха, задыхаешься и горишь всем телом. Я не знаю, смогу ли справится с этим.

Поежилась, но усилием воли осталась все так же близко к Норту, и руку не убрала, затем тихо сказала:

- Насколько я поняла, у Гаэр-аша такой приступ был только раз.

- Это радует, - слабым голосом произнес некромант.

А затем едва слышно спросил:

- Я превращаюсь в чудовище?

Затаив дыхание я зажмурилась.

Сильно-сильно, до боли, до светящихся точек перед глазами, до слез, которым не позволила сорваться с ресниц. Потому что я не могу сказать Норту правду. Не могу. Одно дело бросить Гаэр-ашу в лицо “вы чудовище”, и совершенно другое сказать нечто подобное тому, кто стал другом. Кто на короткое время был больше чем другом…

- Норт, - почти простонала, - ты…

О, Тьма!

Я поняла, что никогда не смогу ему это сказать. Просто никогда.

Норту мои слова и не потребовались. Обняв меня за плечи и прижав к себе, он тихо произнес:

- В моем роду темная кровь не просыпалась ни у кого. В роду Артана иногда да и последствия были печальны.

Я напряглась, чуть отстранилась от Дастела, изумленно посмотрела на него и спросила:

- Что значит, последствия были печальны?

Его щека дернулась, но мне ответили предельно честно:

- Становились чудовищами.

Вздрогнув, удивленно взглянула на Гобби. Мое умертвие передумало прыгать, и, подойдя чуть ближе, задумчиво прислушивалось к нашему разговору.

Вид у зомби выражал сомнения наряду с размышлениями. Заметив мой взгляд, Гобби развел руками, мол “ничего о подобном не слышал”. Не удивительно, что я тут же спросила:

- В каком смысле “чудовищами”, Норт?

Он улыбнулся, потом рывком поднял меня, пересадив к себе на колени, снял куртку, бросил на пол, и вернул меня на место, но так чтобы я уже на его куртке сидела. В ответ на мой возмущенный взгляд пояснил:

- Я не уверен, что сейчас смогу лечить, так что не замерзай, ладно?

Кивнула, соглашаясь.

Норт протянул руку, коснулся горячей ладонью моей щеки, в его глазах промелькнуло что-то полное грусти и парень начал рассказывать:

- Эту историю знают в оригинале лишь члены наших семей, только те, в ком течет кровь Веридан - Дастелы и Гаэр-аши. Ты единственная, кому расскажу, и лишь потому, что знаю - ты никому никогда не поведаешь и строчки.