Мертвые Игры книга шестая

Посмотрел на меня и достав из кармана тончайший черный шелковый платок, протянул мне. Тихо поблагодарив, вытерла ресницы и посмотрев в окно, проследила за тем, как выехала первая карета с игроками академии прикладной магии. На ее крыше тоскливо сидел умный дракон с черным бриллиантом на голове, который обмазали глиной, маскируя драгоценный камень. Дракон явно в боях участвовать не хотел… впрочем как и остальные игроки этой команды -  вчерашняя смерть отбила всяческие амбиции. 

Внезапно дверца нашей с Гобби кареты распахнулась, в нее рывком вошел ректор и сев рядом, отдал мысленный приказ запряженной нежити.

-  Да, я хотел бы сейчас находиться как можно дальше, но говоря откровенно -  твое притяжение кошки ничто в сравнении с тем, что я к тебе же испытывал, становясь, как ты образно выразилась, чудовищем. 

В его тоне отлично почувствовалась насмешка, но я даже не стала ничего говорить в ответ, просто радуясь тому, что хоть кто-то может находиться в моем присутствии кроме Гобби и… и похоже ученика вечных.

-  Вероятно да -  влияние кошки не воздействует на отступников. Вероятно поэтому Тадор и влил ее в тебя -  даже не предполагал, что это станет для тебя проблемой такого уровня. 

Грустно кивнув, я тихо спросила:

-  Парням легче станет?

Удостоив меня усталым взглядом, Гаэр-аш честно ответил:

-  Я не знаю, Риаллин.

Он помолчал и добавил:

-  Насколько я понимаю, все трое среагировали на твою кровь. Запах крови. Я бы предположил, что дело в той эмоциональной вспышке, что ты себе позволила, но мы оба видели, что стало с Заэном, когда он ощутил запах твоей крови. По здравому размышлению могу предположить, что парней все же отпустит. Вопрос лишь в том, надолго ли?

-  В смысле? -  испуганно замерла я. 

-  В смысле, -  и взгляд ректора сверкнул огнем в полумраке кареты, -  та кровь, что ты нам невольно продемонстрировала, оказалась вовсе не менструальной, и как выяснилось -  принадлежала «котику».

Он вдруг посмотрел на Гобби и с усмешкой произнес:

-  Умертвие, ты даешь на редкость точные прозвища. Липкие до невероятности. Ученик отступников назвал нам свое имя, но его не запомнил даже я, парень прочно стал «котиком».

Гобби ухмыльнулся.