Путеводная звезда (псевдоним: Тата Орлова)

- И именно поэтому не пропускаете карету с больной женщиной, – язвительно подхватила я. – А я могу спросить, господин капитан, у вас это называется воинской доблестью?

- Трофим?! – зло зыркнул на мага Раевский. 

- Для нее есть только один авторитет – граф Горин, - развел тот руками. – Так что извини, дружище!

- Вы мне кого-то напоминаете, - неожиданно произнес Раевский, заставив меня внутренне вздрогнуть.

- Я бы не сказала, что вы – заядлый театрал, - несколько надменно произнесла я, вспомнив, что рассказал мне Иван о племяннице Алексея Степановича, едва ли не отданной ему братом на воспитание.

- Вы – дочь блистательной Стаси? – действительно искренне удивился Раевский.

Дочерью блистательной Стаси, как называла театральная публика Анастасию Лазареву, выступавшую на сцене императорского театра, я не была. Все наше сходство – цвет волос. Ну, может еще, разрез глаз, но я надеялась, что для этого случая вполне достаточно.

- Вас это удивляет? – я чуть склонила голову.

- Прошу меня простить, - пошел Раевский на попятный. 

- Это значит, что мы может мило распрощаться и следовать дальше? – я чуть приподняла бровь.

- Не смею вас задерживать, прекрасная барышня, - капитан даже снизошел до легкого поклона.

- Вам не кажется, что вы – забываетесь, - добавила я в голос металлических ноток. – Ты отправил дяде вестника? – обернулась к Трофиму.

- Не счел нужным, - «повинился» маг. Смотрел при этом спокойно, но мне показалось, что я заметила мелькнувшее в его глазах беспокойство.

Я и сама волновалась. Все шло не совсем так, как я предполагала.

Если быть честной, то все шло совсем не так, как я предполагала.

- Значит, будем обходиться своими силами, - беспечно дернула я плечами. – И какие к тебе претензии у этого господина? – вновь обратилась я к Трофиму, только теперь заметив, что не вижу Ивана.

- Он хочет осмотреть багаж, - не затянул с ответом маг.

Не знаю, как бы он разговаривал с настоящей Алевтиной…

Впрочем, сейчас это не имело никакого значения.

- Любите копаться в женском белье? – тут же многозначительно ухмыльнулась я. 

Заметив, как он напрягся, играючи, переложила хлыст в правую руку. 

Уж если придется… 

Все внутри противилось этому, но я была уверена, если потребуется, ударю!

– Вас это возбуждает? – я чуть наклонилась вперед, чтобы выглядело более интимно.

- Госпожа Сундарева! – вскинулся Раевский. Зубы заскрипели, ладонь крепче сжала эфес шашки.