Тайны моей возлюбленной

— Почему?!

— Потому что именно Регина всё это начала…

— …Ты понимаешь, что этим всё только усложняешь?! Конечно же, ты мужчина, привыкший потакать своим порывам, но именно из-за этого я предложила тебе вступить в брак! Фиктивный брак, Тристан! Но сейчас ты рушишь…

Проклятье! О чём он вообще думал?! Сколько было подсказок, странностей в их поведении и нестыковок! Он ведь не раз замечал, что Анигер и Регина похожи, но потом просто списывал этот факт на их родство. Но теперь всё было так очевидно!

Регина хотела быть мальчиком, потому что думала, что только так родители признают её и разрешат пользоваться магией.

Анигер ещё тогда показался Тристану странным и выделяющимся из толпы. Не только своими очками, но и манерой поведения. От него так и веяло наглостью, уверенностью в своих силах и тайнами. Ещё его манера говорить одновременно прямо и двусмысленно. Теперь всё встало на места.

Анигер — это Регина, не обремененная положением из-за своего пола, уверенная в своей силе и вольная в поступках.

Анигер — это человек, которым ей всегда хотелось быть.

Анигер — это её защита от предвзятости, предрассудков и «Ловцов ведьм».

Мог ли Тристан её осуждать? Конечно нет! Кому, как не Золотому повесе, знать, что такое носить маски? Да все их носят, особенно в высшем свете! Но это всё равно было… странно и попросту не укладывалось в голове! Осознавать, что заносчивый мальчишка, который вызывал усмешку, но и восхищение — это его супруга! Проклятье! Это женщина когда-нибудь перестанет его поражать и восхищать? Сколько ещё она скрывает в себе тайн?!

Нужно было выпить!

Тристан налил себе бренди, сделал несколько глотков и рассмеялся, осознав, что поражён переодеванием супруги намного больше, чем её способностями.

Он ведь, даже когда узнал, что Регина — гениальный металарин, всё же продолжал относиться к ней как… к женщине.

Теперь он понимал, что у неё хватило храбрости переодеться в мужскую одежду, создать и возглавить собственную группу изобретателей и подать заявку на участие в торенской технологической выставке!

Да если кто узнает…

"— Если бы ты не решил всё скрыть, то сегодня мы бы вошли в историю.

— Мы войдём в неё и очень скоро!"

Мысль резко оборвалась, и самый важный паззл мозаики встал на место.

Тристан Дельт-гор-младший впервые в своей жизни не знал, как поступить. У него, конечно, были и взлёты, и падения, но он никогда не стоял в растерянности на перепутье дорог. Особенно, когда от решения зависела не его судьба.