Приют

Кучка грязных, одетых в лохмотья, через которые просвечивали разлагающиеся телеса, существ сгрудились вокруг трупа человека и, сидя на корточках, жадно поедали его. Их чавканье и довольное урчание было слышно издалека. Приближение же Грея они обнаружили поздно – когда он с расстояния футов в двадцать рассматривал их, решая, что с ними делать? Они медленно, ломко, словно сломанные куклы, повернулись к нему и уставились белесыми, пустыми глазами. Один из самых живых даже встал, раскачиваясь и шагая в сторону Грея с широко расставленными руками.

Грей уничтожил его огнем, на всякий случай отпрыгивая в сторону – существо продолжало идти несмотря даже на обхватившее его пламя. Только упершись в стену бывшего полицейского участка оно замерло, продолжая гореть, пока не опало пеплом.

Остальные так и продолжали сидеть на земле, бессмысленно мыча:

– Едаааааа...

– Фу, какая гадость! – Грей, не задумываясь, взорвал и их, тратя больше сил, чем хотелось бы – скорее от омерзения, чем от испуга.

Бояться он перестал давно. Еще в прошлой жизни.

– Что ж... Забавно... – Он все же зашел внутрь полицейского участка, внимательно рассматривая разбросанные, обгорелые и заскорузлые от воды бумаги и мусор. Под ногами хрустело стекло, больше никаких звуков слышно не было. Даже стоны “Едаааа!” прекратились – огонь испепелил остатки костей.

Возле одного из валяющегося на боку стола, чья столешница была пробита пулями, лежала чудом уцелевшая фоторамка.

Грей не стал наклоняться – на зрение он никогда не жаловался. На фото красовалась парочка улыбающихся новобрачных с надписью “Майли и Йонна навсегда!”.

–Точно, навсегда, – хмыкнул Грей, продолжая поиски журнала происшествий или хоть каких-то бумаг, проливающих свет на случившееся.

Следующим этапом будет мэрия.

С улицы донеслось непонятное мычание и шорох заплетающихся шагов.

Грей отбросил в сторону очередную бумагу с истерической надписью “…их слишком много… Они не боятся ничего, их даже пули не останавливают…” и скривился:

– Что ж, пора и домой – слишком тут человеколюбивые хозяева!

Он сосредоточился, сделал шаг и… Ничего не произошло.

– Черт, – выругался он и снова повторил. Безрезультатно.

– Черт, вот вредная девчонка, мало я тебя дрессировал!!!

Пришлось рвануть вверх по лестнице, потому что двери и окна уже облепили ломкие фигуры, жалобно мычащие:

– Едааааааа….