Приют

Осталось только выяснить – почему так произошло?

Йен остановил машину у утопающего в зарослях плюща дома. Горели фонари с двух сторон от тяжелой входной двери, окна дома были погружены во тьму, кроме холла первого этажа – тут всегда, хоть приглушенный, но свет оставался. Тетя Зои его никогда не выключала. И входную дверь не запирала.

Кейт, выглядывая из машины, заметила – “Приют” совсем не изменился, все такой же солидный, сложенный из красного кирпича, трехэтажный, построенный буквой “П”, без малейших признаков обветшания или запустения.

Цветы в горшках, стоящие перед фасадом, все так и цвели, как помнилось с детства, пальмы, выставленные из зимнего сада пропитаться летним солнышком, шумели под ветерком, плющ, прорвавшийся через брусчатку и опутавший дом до самой крыши, все так же зелен и ярок – в детстве кузены Смиты все порывались проверить: выдержит ли он их вес при попытке проникнуть в комнату через окно?

Кейт только сейчас обратила внимание, что вывеска “Приют”, висевшая прямо над дверью, гораздо длиннее, чем надо – кажется, там, под буйным плющом, пряталось еще какое-то слово.

А ведь наивно верила, что она помнит о “Приюте” все.

Йен попрощался с Кейт, подождал, когда она выйдет из машины и толкнет вечно открытую дверь “Приюта”, скрываясь внутри дома, и только тогда поехал прочь.

***

В холле “Приюта” было прохладно и тихо – колокольчик, висевший над дверью, уже успокоился.

Кейт осмотрелась – время мало коснулось “Приюта”, ничего в нем не меняя. Огромный камин, как всегда летом, был заставлен вазами с цветами.

Диваны и кресла так и стояли возле него, ожидая гостей. У дальней стены, вдоль лестницы на второй этаж, была небольшая стойка – на ресепшен это так и не походило, тетя Зои была верна себе: “Приют” не гостиница, “Приют” – это дом.

Тетя вышла из коридора за ресепшеном – там в левом крыле располагались столовая, кухня и жилые комнаты.

– Милая, – тетя Зои раскрыла свои объятья, – ты так выросла и изменилась. Стала ослепительной красавицей!

Кейт обняла тетю в ответ и поцеловала в щеку:

– А вы все так же неподвластны годам, тетя Зои!

Та, действительно, мало изменилась за прошедшие десять лет – все такая же худощавая, тонкая, изящная.

Совершенно белые волосы были собраны в высокую прическу, отчего тетя Зои напоминала одуванчик. Очень элегантный одуванчик. Она была привычно в белом, легком платье, струящимся до земли, и все так же пахла лавандой. Казалось, что время не властно над тетей Зои.